Демографический кризис vs. гендерное равенство?

Введение

В статье исследованы дискурсы о семье, которыми оперируют разные акторы социальной политики в Беларуси. Задача работы состоит в стремлении преодолеть чрезмерную политизацию дискуссий относительно семейной политики в Беларуси, политическое управление которой приобрело все черты авторитарного режима и сохраняет их. Тенденция объяснять проблемы современной семейной политики исключительно неправильными действиями властей весьма схожа с упрощенным пониманием вклада социалистического прошлого, на которое стало привычным «сваливать» вину за современные проблемы. Важно выстроить такую объяснительную схему, которая бы встроила фактор политического управления в комплекс движущих сил и определила направления оценки соотношения между ними. Основным предметом анализа в данной статье становится гендерное равенство.

Как и многие другие исследователи социальной политики пост-социалистического пространства (Aidukaite 2005; Majr, Zielonka 2002; Cerami, Vanhuysse 2009), мы принимаем необходимость различать дискурсы как по критерию того, кто их применяет и с какими целями, так и по каналу их распространения. Например, какими дискурсами оперируют национальные и международные акторы семейной политики, какие стратегии популяризации своих установок они применяют. Несомненно, опыт поздней советской и пост-советской социальной политики убеждает в необходимости различать коммуникативные и координационные дискурсы: какими задачами руководствуются те, кто «делает политику», и какими дискурсами они объясняют свои приоритеты общественности (Schmidt 2008: 303–326). Представляется, что соотношение между координирующими и коммуникативными дискурсами может стать тем индикатором, который фиксирует риски и потенциалы проводимой политики. Вместе с тем «продуктом» взаимодействия дискурсов может быть многоуровневая система контрактов – между государством, обществом и индивидом (Motiejunaite, Kravchenko 2008: 39). Специфической особенностью Беларуси становится неоднородность нормативного контракта или коммуникативного дискурса – той совокупности установок, которой оперирует власть в пользу популяризации проводимой политики. С одной стороны, очевидно существенное различие между позициями для мирового сообщества и внутреннего пользования. С другой стороны, и в пропагандистских кампаниях населению адресуются двойственные установки, предписывающие практически взаимоисключающие нормы: например, женщине быть сексапильной и одновременно примерной матерью. Это делается для удобства манипуляции общественным мнением.

Мы проведем анализ той репрезентации семейной политики, которую последовательно выстраивают власти Беларуси во взаимодействии с международными организациями, обсудим вызовы семейной политики с точки зрения как проблем, так и ресурсов, которыми обладают семьи. Особое внимание уделяется пробелам в преемственности между принимаемыми правовыми нормами и практикой их применения. В заключительной части будут представлены установки, которые транслируются властью  населению, рассмотрены отношения между ними.

 Гендерное равенство: «витрина» семейной политики Беларуси

В соответствии с международными нормами гендерное равенство считается одним из индикаторов демократизации общества. Программы по достижению гендерного равенства рассматриваются международными организациями как неотъемлемая составляющая социальной политики любого государства. В первую очередь международные организации увязывают гендерное равенство с политическими свободами: возможностью женщин «ставить под вопрос незыблемость патриархального устройства, искать пути минимизации его влияния на повседневную жизнь и преобразовывать социальные структуры» (Kabeer 2005: 15). Гендерное равенство как цель национальной политики связывается с усилением возможности женщин и женских движений влиять на политику, причем и за пределами сфер семьи, детства и труда (Mukhopadhyay, Singh 2007).

Подход «Гендер в развитии», который доминирует в международной риторике последние десятилетия (Доклад о мировом развитии 2012: 6), ориентирован на социальные отношения и культурный контекст взаимодействия мужчин и женщин. Принцип гендерного равенства стал означать равное распределение обязанностей, трудовой нагрузки, дохода, доступа к экономическим и интеллектуальным ресурсам и к принятию решений (OOН 1979).

В международно-правовых документах под национальным механизмом по улучшению положения женщин при выработке государственной социальной политики, направленной на устранение неоправданных различий в социальном статусе мужчин и женщин, понимаются три измерения правовое, организационное, содержательное (Ashworth, 1994: 5). Политика гендерного равенства становится площадкой взаимодействия государства и международных организаций.

Беларусь ратифицировала ряд международных документов относительно преодоления дискриминации по признаку пола, в частности: Конвенцию ООН о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин (год ратификации – 2004 г.); Декларацию и Платформу действий Всемирной Конференции по улучшению положения женщин (Пекин, 1995 г.); Декларацию тысячелетия. Фонд ООН в области народонаселения (ЮНФПА) в Беларуси сотрудничает с Министерством труда по вопросам разработки и реализации демографической политики и наращивания национального потенциала в области создания системы профилактики и предотвращения насилия на гендерной почве на 2011–2015 гг.

В 2000 г. создается Национальный совет по гендерной политике, который по замыслу должен был стать координирующим органом по проведению в жизнь государственной политики гендерного равенства. Первоначально Совет был наделен более широкими полномочиями, чем отдельные ведомства. Однако совет по гендерной политике при Совмине РБ не имеет собственного бюджета, и остается структурой, которая время от времени собирает экспертов с целью подготовить очередной отчет. В Совет входят представители как негосударственного сектора, которые пишут альтернативные отчеты, так и представители министерств и ведомств, которые участвуют в создании официальных отчетов для Комитета CEDAW (The United Nations Committee on the Elimination of Discrimination against Women). Но рамочные правила взаиомодействия участников, которые бы определяли как их обязательства, так и основы кооперации представителей разных секторов, так и не выработаны. Информация о деятельности этой структуры по преимуществу появляется в СМИ перед очередными значимыми для страны событиями (например, перед президентскими выборами), что располагает усматривать в этих акциях в первую очередь направленность на политическую презентацию.

После получения в 2004 и в 2010 г. как альтернативного, так и государственного отчета Комитет CEDAW рекомендовал беларусскому правительству принять системные меры по устранению дискриминации в отношении женщин и привести законодательство и практику в соответствие с требованиями Конвенции, предполагающей обеспечение женщин целым рядом гражданских, культурных, экономических, политических и социальных прав, гарантируемых Конвенцией о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин.

Деятельность этой структуры вписывается в ту стратегию власти, которая активно использует репрезентативные функции подобных структур, но ограничивает возможности исполнения ими функции независимой экспертизы на системной основе.

Несмотря на неоднократные заявления президента «считаться с западным мнением Беларуси не пристало», власть все же старается добиться от Запада признания в качестве партнера, стремящегося к решению глобальных вызовов современности, Запад – является универсальным референтом политических высказываний власти (Усманова, 2006: 72–101).

Национальные планы действий по обеспечению гендерного равенства улучшают международный имидж страны, и даже поверхностный анализ публичной политики свидетельствует о том, что белорусское государство активно использует достижения в области гендерного равенства в позиционировании своих интересов с международными организациями.

Интерес государства состоит и в возможности получать поддержку со стороны международных организаций. Утверждение Национального планаи Демографической программы происходит одновременно с подписанием Рамочной программы агентств системы ООН по оказанию помощи Беларуси в целях развития на 2011–2015 гг. Эта программа поддерживает национальные приоритеты страны и способствует выполнению международных обязательств в области развития. Объем финансирования Рамочной программы на пятилетие 490 млн долл. США (Рамочная программа...).

В качестве отчета государство демонстрирует свои успехи в сфере гендерного равенства. Действительно, по совокупному показателю гендерного равенства Беларусь занимает 65 место среди 187 стран (2011 г.) (Беларусь по индексу человеческого развития 2011...). Стабильно высокий образовательный уровень белорусских женщин, можно считать ключевым фактором, обеспечивающим высокий уровень оценки гендерного равенства в стране. Среди работающих женщин 54,6% имеют высшее и среднее специальное образование, среди мужчин – 37,1% (в 2000 г. соответственно 48,7 и 32,8%). Уровень образования непосредственно определяет и выбор сферы занятости: среди рабочих преобладают мужчины (56,3%), среди служащих – женщины (68,1%) (Стат. сборник. Женщины и мужчины... 2010-2011). Другим значимым фактором становится занятость женщин на рынке труда (в возрасте от 16 до 55 лет) которое остается не только самым высоким среди постсоветских стран – 80%, но и сопоставимым с показателями советского периода (Pastore,Verashchagina 2007).

Накануне президентских выборов 2010 г. в Минске, на отчетной международной конференции «Права женщин и сбалансированная политика в области семьи, занятости и гендерного равенства: реальность и перспективы» заместитель министра труда и социальной защиты И. Старовойтов заявил, что «Беларусь досрочно достигла Целей развития тысячелетия, связанных со снижением материнской и детской смертности, обеспечением начального образования, достижением равенства мужчин и женщин» (Старовойтов 2010). В ходе конференции, после смелых заявлений замминистра о досрочных достижениях ЦТР в РБ, были рассмотрены предложения по разработке концепции четвертого Национального плана действий по обеспечению гендерного равенства на 2011–2014 гг. Несомненно, беларусская власть знает об ожиданиях Евросоюза относительно более последовательных действий в следовании общепринятым демократическим стандартам как условии возобновления отношений с Беларусью. Пока все усилия по отчетности со стороны государства международное сообщество признает несвободными и недемократичными, в том числе считается, что высокие показатели прогресса и подводимые итоги сфальсифицированы. Есть ли у международных экспертов основания предполагать несостоятельность проводимой политики с точки зрения достижения гендерного равенства? Международные организации весьма последовательно артикулируют свои приоритеты: борьба с насилием в отношении женщин, оптимизация мероприятий по профилактике заболеваний и улучшению здоровья, преодоление бедности. Однако до какой степени эти приоритеты согласуются с интересами национальных акторов – в первую очередь, государства?

 Вызовы семейной политики

Первый заместитель министра труда и социальной защиты Петр Грушник отметил, что задачей государства является создание таких условий, при которых семья будет иметь возможность воспитать двоих и более детей без ущерба профессиональному росту родителей: «Перед нами стоят задачи ... широкого плана – укрепления семьи как социального института, выполняющего важные социальные и экономические функции» (Грушник 2011). Высокопоставленный чиновник озвучил государственные ожидания от семьи: больше детей, меньше помощи от государства. Государство позиционирует актуальное состояние семейной сферы как проблемное: современная семья плохо справляется не только с функцией деторождения, воспитания и социализации детей, но и с функцией экономической самостоятельности (Бурова 2009). В первую очередь стремительно растет пожилое население, смертность трудоспособного населения: 542,4 на 100 тысяч населения в 2009 г., 550,5 в 2010 г.

Старение поколения первого советского babyboom'а (конец 1940-х г.г.) становится дополнительным фактором, усугубляющим спрос на службы поддержки семье. По прогнозам Венского института демографии и Международного института прикладного системного анализа, демографическая нагрузка пожилыми, связанная с пенсионным обеспечением, возрастет с 19,8 в 2009 г. до 28,4% (Европейский статистический обзор 2010). Вместе с тем и показатели рождаемости подтверждают актуальность демографической проблемы. Доля домохозяйств, имеющих детей в возрасте до 18 лет, сократилась с 42 до 32%. Растет удельный вес домохозяйств с одним ребенком (с 57 в 1999 г. до 67% в 2009 г.) при сокращении доли домохозяйств с двумя детьми (с 37 до 27%) (В Беларуси занялись 2012). В то же время основной мерой семейной политики остается усиление ответственности детей за своих престарелых родителей: «Надо заставить детей смотреть за своими стариками, а если не хотят – пусть за это платят» (В Беларуси необходимо принять 2013). Президент поручил изучить, как этот вопрос отражен в законодательстве: «Если не хватает законодательной базы, то в первом полугодии надо принять решение. Дети должны заботиться о своих родителях» (Там же). Можно предположить, что такие регуляции будут носить исключительно деструктивный характер, как и в случае ответственности родителей за несовершеннолетних детей.

Вместе с тем белорусская семья не оснащена экономическими ресурсами для решения задачи заботы о неработающих членах семьи, как несовершеннолетних, так и пожилых. Экономический кризис 2011 г. (второй за последние четыре года) ухудшил материальное положение населения. Согласно данным обзора «Бедность и социальная изоляция в Беларуси» в большей степени от кризиса пострадали относительно обеспеченные группы населения, в то время как наименее обеспеченные группы населения были частично защищены экономической политикой по увеличению минимальной заработной платы и сохранению занятости. Выросла доля населения с доходами, близкими к экстремальной бедности, одновременно произошел рост доли населения с доходами, незначительно превышающими черту абсолютной бедности (Бедность 2012: 14). Можно говорить о резонансе разных бедностей и экономического неравенства, характерного для белорусских семей. Так, интенсивная занятость и образование не гарантируют равенство доходов: к концу 2011 г. средняя зарплата белорусских женщин составляла 73,7% от зарплаты мужчин. В 2010 г. этот показатель был 76,6%. Женская занятость преобладает в таких отраслях как здравоохранение, образование, культура (от 70 до 80% от занятых в отрасли), где расхождение в оплате труда составляет 15–20%. Но уровень заработной платы в этих «бюджетных» секторах значительно ниже, чем средний по стране, причем рост зарплаты тут сдерживался в большей степени, чем в среднем по экономике. В обрабатывающей промышленности, ключевой для экономики Беларуси и рынка труда, средняя зарплата женщин в декабре 2011 г. была на 30,5% ниже, чем у мужчин (Бедность 2012: 7). Максимально возможная женская занятость не только не гарантирует экономического благополучия, но и не обеспечивает защиту от экономических кризисов из-за профиля женской занятости. Более того, в связи с возрастающим риском потерять работу, например, из-за стремления Министерства образования РБ оптимизировать «сеть учреждений образования, их штатную численность и тем самым повысить эффективность расходования бюджетных средств» (В Беларуси количество работников 2013) именно женщины попадают под сокращение. Практически полное отсутствие социальной защиты безработных в Беларуси автоматически делает незанятое население подверженным риску абсолютной бедности (Бедность 2012: 10).

Вместе с тем и доходы мужчин указывают на экономическую несостоятельность многих беларусских домохозяйств. Заработная плата после президентских выборов 2010 г. стала быстро падать в результате ограничения роста тарифной ставки первого разряда со стороны государства (Чубрик, Шиманович, Зарецкий 2012).

I.   Вследствие резкой девальвации пенсии существенно снизились: к концу кризисного 2011г. средний размер пенсии составил всего 111,6 долл., упав с 192,2 долл в феврале 2011 г. (максимальное докризисное значение) (Бедность 2012: 7). По итогам 2011 г. относительная бедность среди людей в возрасте старше 65 лет составила 20% по сравнению с 16,2% в 2010 г. Сегодня увеличение пенсий поставлено в Беларуси в прямую зависимость от роста заработной платы: «Повышение пенсионных выплат предусмотрено в том случае, если рост средней заработной платы за квартал превышает 15% к уровню средней заработной платы, из которой рассчитывалась пенсия» (Беларуси в 2013 году 2012). Государство фактически заморозило развитие проекта по многоуровневому пенсионному страхованию.

Национальное исследование причин семейного неблагополучия в РБ показало, что большинство матерей и отцов детей школьного возраста не удовлетворены уровнем материального благосостояния своих семей и уровнем своей заработной платы. По результатам исследования ЮНИСЕФ, проведенного в 2007–2008 гг. (Национальное исследование 2007–2008), каждая третья многодетная семья попадает в категорию малообеспеченных. Получение нового жилья в настоящее время для большинства семей практически недоступно из за несоответствия его стоимости доходам населения, только 3% новобрачных живут в собственном жилье[1].

Если во многих странах, бывших республиках СССР, проводятся исследования ресурса межпоколенных связей (например, международная программа «Поколения и гендер» в России) в Беларуси подобный опыт отсутствует. Об изменяющихся паттернах брачного, детско-родительского и сексуального поведения тоже можно судить только по косвенным данным.

Хотя большинство мужчин и женщин в Беларуси предпочитают заключать гражданский брак, традиционный институт супружества трансформируется. Родительство, сексуальные отношения, партнерство становятся все более невзаимосвязанными сферами.

Несмотря на очевидный рост незарегистрированных партнерств, доли матерей воспитывающих детей без мужа, государственная политика приоритизирует поддержку полных и многодетных семей. Отвечая на вопрос, почему в новом Законе «О государственных пособиях семьям, воспитывающим детей» (2013) снимаются надбавки для матерей-одиночек (до 2013 г. женщине, которая одна воспитывает ребенка в возрасте до 1,5 лет, начисляется надбавка в размере 75% пособия, в возрасте от 1,5 лет до 3 лет – 40%) министр труда М. Щеткина, пояснила:

«...женщины будут получать одинаковое пособие по уходу за ребенком в возрасте до трех лет – вне зависимости от того, зарегистрирован их брак или нет... – По моему убеждению, при рождении ребенка уповать только лишь на поддержку государства неправильно» (Министр труда: При рождении 2012)

Министр подчеркнула, что главным критерием должен быть уровень доходов семьи, а не категория, к которой она относится. Семьи, которые по объективным причинам нуждаются в дополнительной помощи, могут получить поддержку через систему государственной адресной социальной помощи.

В условиях кризиса выросла адресность денежных социальных трансфертов. Однако процесс сопровождался снижением доли трансфертов в доходах населения, в том числе и абсолютно бедных с 13 до 11,1% от располагаемых ресурсов. В среднем трансферты в денежной форме[2] составили в 2011г. 3,1% от располагаемых ресурсов населения (Бедность 2012: 26).

Согласно данным ЮНФПА, для населения Беларуси характерно раннее начало половой жизни; позитивная установка на сексуальные отношения до и вне брака; несоответствие между знаниями, установками и реальным поведением (Отчет национального исследования 2009: 36). За двадцать лет удалось значительно снизить количество нежелательных беременностей и абортов, но использование контрацепции в Беларуси значительно ниже показателей европейских стран. Соответственно, и показатель абортов остается достаточно высоким. Явная автономизация подростковой и юношеской сексуальности от «внешних» форм социального контроля со стороны родителей, школы и государства не находит отклика в программах просвещения и поддержки несовершеннолетних в профилактике рисков. Наоборот, в Кодексе об образовании (2011), зафиксирован приоритет традиционных ролей мужчин и женщин. По Кодексу, школьникам необходимо не сексуальное, а нравственное воспитание, которое направлено на передачу учащимся представлений о дифференциации мужских и женских ролей. Например, в пособии, разработанном Министерством образования Республики и рекомендованном для использования в школах, говорится о «представлениях о социально одобряемых качествах мальчиков, юношей, мужчин и девочек, девушек, женщин»; «принятии своей гендерной роли и готовность к ее исполнению» (Коновальчик, Смотрицкая 2008).

Проводимая политика отличается непоследовательностью принимаемых решений и относительно международных стандартов. Как и в проанализированных выше конфликтах между новыми паттернами граждан и установками государственной политики, непоследовательность в реализации международных рекомендаций указывает на неспособность власти увязать гендерное равенство с необходимостью оптимизировать демографическую ситуацию. Так, летом 2009 г. Конституционный Суд проанализировал положения беларусской Конституции, а также Трудовой кодекс и Закон «О занятости населения Республики Беларусь» и установил наличие в беларусском законодательстве возможности введения нанимателями дискриминационных условий в предложениях об имеющихся свободных рабочих местах (вакансиях) (решение от 17.07.2009 г. N Р-360/2009 «Об обеспечении равных прав граждан в сфере труда»). Конституционный Суд поручил Палате представителей внести ряд дополнений в действующее законодательство. 25 января 2010 г. вступил в силу Закон от 28.12.2009 г. N94-З «О внесении дополнений и изменения в Закон Республики Беларусь "О занятости населения Республики Беларусь"», однако приняв Закон N94-З, депутаты не внесли дополнения в Трудовой Кодекс, что свело на нет возможность правоприменения новых норм.

Еще одним примером непоследовательности можно считать политику в сфере профилактики семейного насилия. По мнению международных экспертов, насилие против женщин стало одной из самых актуальных проблем беларусского общества. Около 1 млн женщин в Беларуси подвергались семейному насилию: свыше 80% опрошенных женщин признали, что подвергались какому-либо насилию от мужа или партнера, из них 82% испытывали психологическое насилие, 33% – физическое, 17% – сексуальное, каждая десятая респондентка подверглась всем перечисленным видам насилия (Официально: Около миллиона женщин 2013).

Законопроект «О профилактике и пресечении насилия в семье» был разработан еще в 2002 г., однако Закон до сих пор остается не принятым.

«Нет его и в проекте на следующий год, – поясняет заместитель начальника управления профилактики МВД РБ Олег Каразей. –  Год назад проект закона действительно стал активно обсуждаться, но в МВД, например, этого закона пока нет, и с нами его никто не обсуждал»(Синюк 2013). Отсутствие Закона ведет не только к неспособности судов призвать виновников к ответу, но и создает предпосылки для новых преступлений и становится одним из факторов социальной приемлемости насилия в обществе.

Несмотря на массовость проблемы насилия и отсутствия достаточной правовой регуляции, система служб представлена всего лишь 45 кризисными комнатами, действующими на базе территориальных центров социального обслуживания населения. Хотя международные организации и предлагают свою помощь в поддержке данных служб, региональные службы отказываются от нее в силу непреодолимых сложностей с отчетностью в случае получения средств от иностранных доноров. Вместе с тем пропускная способность данных служб многим меньше, чем запрос целевой группы: в январе – марте 2012 г. в них временно проживало всего 33 человека, в 2011 г. за помощью обратились 93 человека.

В ответ на давление со стороны международных организаций государство привлекает – Беларусскую православную церковь (БПЦ) – своего давнего партнера, с которым действует система соглашений и проектов с 2003 г. В 2012 г. на портале БПЦ появилась информация о том, что подписан Меморандум о взаимопонимании между Союзом сестричеств милосердия БПЦ и ЮНФПА. В 2012 г. БПЦ официально приступила к реализации проекта «Развитие национального потенциала РБ в целях противодействия домашнему насилию в условиях достижения гендерного равенства».

Как сама церковь позиционирует проблему насилия, до какой степени ее подход будет релевантен запросам целевой группы? Протоиерей Олег Шульгин, руководитель социального отдела Минской епархии и духовник Союза сестричеств милосердия заявляет:

Человек задуман как совершенное творение, как образ и подобие Божие, и когда мы этот образ и подобие теряем, вот тогда и появляется гендерное неравенство. Если мы исправляем свою греховную составляющую, которая у нас есть, и этот образ восстанавливаем, тогда проявляется гендерное равенство. Таким образом, стремление к равенству – это дело Божественное (Руководитель социального отдела 2012).

Исчерпание причин насилия удалением от божественного предназначения определяет и способ профилактики: жизнь в соответствии с религиозными нормами. Поскольку именно БПЦ отведена «роль хранительницы нравственных и культурных ценностей беларусского народа», то можно предположить, что альтернатив такому решению не найдется. Будут ли женщины обращаться в церковные организации, если других опций нет, – вопрос открытый, как и вопрос о соответствии церковного подхода международным нормам относительно домашнего насилия и его профилактики. Тем не менее выбор государства в пользу Церкви как ключевого партнера в решении проблем насилия еще раз подтверждает следование традиционным ценностям. Вместе с тем и утверждение патриархальных ценностей дополняется усиливающимся контролем за частной и семейной жизнью. Сращивание двух моделей отношений государства и семьи, патриархальной (в которой роль государства минимальна) и социалистической (при которой семья позиционируется как ячейка общества) генерирует новые риски в обеспечении как гендерного равенства, так и других прав граждан.

 Обобществление частной жизни как основа публичной политики в сфере семьи.

Публичная политика Беларуси, адресованная гражданам, направлена на повышение ценности женщины – в самых разных контекстах развивается тема незаменимости женщины, ее приравнивания к главному капиталу страны. Юрий Козиятко, генеральный директор телекомпании «Столичное телевидение», отмечает:

В конце концов, для кого мужчины хранят в банках деньги, покупают бриллианты, золотые кольца? Конечно, для девушек, поэтому наши красавицы – это наш беларусский и минский стратегический ресурс» (Красавицы 2009).

Такое высказывание вполне сопоставимо уже не с советским, но с нацистским режимом. Беларусь превозносит как женщину-мать, так и женщину – объект сексуальной привлекательности. Наряду с мерами по поддержке многодетных семей, приоритетной целевой группы беларусской социальной политики, активно развивается общественная кампания в поддержку материнства – как главной миссии каждой женщины. Отличительной чертой данной кампании становится минимизация любого ожидаемого уровня приватности. Президент активно демонстрируют свою «правильную» семейную жизнь как образец для подражания. Вместе с тем, публичные высказывания направлены на приоритизацию роли матери:

Дети — это святое, и детей надо рожать вовремя...Если спросите, когда, то ...желательно до 28 первого родить. Но надо же троих! (Лукашенко предостерег 2012).

В 1996 г. Указом Президента был введен официальный праздник День матери – 14 октября. В соответствии с Указом Президента от 5 марта 2005 г. N117 – 2006 г. был объявлен Годом матери. «Главная цель его проведения – привлечь внимание широкой общественности к проблемам матерей, совершающих каждодневный подвиг воспитания подрастающего поколения» (Информационный материал... 2006). В 2006 г. в городе Солигорске был открыт первый в республике Музей Матери, снят видеофильм «Матери Земли Минской». Во всех этих действиях можно усмотреть непосредственное продолжение советской традиции приоритизации роли матери, а не семьи.

Многочисленные конкурсы красоты, проводимые в стране как среди молодых девушек, так и среди специалистов (скандальную известность получил конкурс на самую красивую грудь, в котором победила педагог гимназии), взяты под «личную охрану» президента. Основным доводом становится противопоставление государственных конкурсов тем сомнительным мероприятиям, за которыми стоит намерение продать беларусских красавиц в сексуальное рабство:

иной раз под видом всевозможных кастингов, приглашений на работу в модельные агентства идет банальная вербовка доверчивых девчонок в сексуальное рабство. Высокий статус «Мисс Беларусь» – это прежде всего страховка от мошенничества (Ольга 2004).

Выбирать красавиц могут только государственные уполномоченные структуры, потому что девушек в перспективе готовят для выступления «за честь Беларуси». В 2013 г. одна из центральных газет так объяснила победу одной из участниц в конкурсе: «Классический европейский стандарт – светлые длинные волосы, белозубая улыбка и стройное спортивное тело» (Леонович 2013)

Важность конкурсов красоты настолько велика, что эти мероприятия включаются в официальные отчеты по обеспечению гендерного равенства, вместе с тем организационные подходы к конкурсам красоты сопоставляются с квотированием мест в Парламенте:

Четкая организация конкурса красоты – это своеобразный срез государственной политики по отношению к женщинам. Ее непреложная суть в том, чтобы создать такие условия, чтобы наши милые дамы имели возможность полностью реализовать себя в своей стране. А коль так, то совсем не случайно и желание Президента видеть среди депутатов Палаты представителей не менее 30–40 процентов женщин (Ольга 2004).

Президент идет еще дальше в абсолютизации женской темы и определяет демократию как «общество, где женщина может чувствовать себя женщиной, спокойно выйти замуж, создать семью, гарантированно и спокойно родить детей, воспитывать их, дать образование и так далее и так далее – вот суть демократии» (Суть демократии по Лукашенко 2010).

 Заключение.

Государственная политика Беларуси в отношении семьи и гендерного равенства отличается крайне низкой чувствительностью к потребностям граждан и в то же время существованием различных публичных кампаний, направленных на лавирование между необходимостью соответствовать международным ожиданиям относительно гендерного равенства и решать демографическую проблему. Многочисленные непоследовательности в проводимой политике указывают на неспособность власти выработать политику, которая бы совмещала задачу обеспечения равенства мужчин и женщин с задачей поддержки рождаемости, активного старения, баланса между трудом и семьей. Соответственно, и разрыв между нормативным (гендерные отношения), официальным (семейная политика) и повседневным «контрактом» (практика распределения социальных ролей) в сфере взаимодействия семьи, общества и государства весьма велик.

C одной стороны государственная политика в РБ направлена на содействие максимальной женской занятости, с другой – правоприменительные практики, нормы социального поведения, состояние общественного мнения о месте женщины в обществе остаются традиционными, что приводит к заниженной оценке женского профессионального труда. Несмотря на более высокий уровень образования, женщины рассчитывают (в отличие от мужчин) не на свои знания и умения, а чаще на свои коммуникативные способности, т.е. умение общаться с людьми (Рубанова и др. 2005: 24).

Поддерживая максимально возможную занятость населения, государству удавалось решать проблемы в социальной сфере путем повышения зарплат и пенсий. Однако экономический кризис 2011 г. заставил перейти к режиму строгой экономии в силу образовавшегося бюджетного дефицита и вынудил пересмотреть существующую социальную политику и сократить финансирование социальных расходов. Государство вынуждено было разделять социальные и профессиональные группы в зависимости от их вклада в поддержание стабильности: зарплаты в бюджетных (женских) секторах значительно ниже, чем средние по стране. Проблемой является и низкий охват населения программой адресной социальной помощи и, соответственно, низкий уровень соответствующих расходов (Всемирный банк 2011). Другие инструменты социальной политики, позволяющие стабилизировать ситуацию в условиях кризиса, увязанные с благосостоянием населения, в Беларуси отсутствуют. Таким образом, беларусские семьи находятся в сложных экономических условиях.

Государство, стимулируя рождаемость как один из приоритетов своей политики, защищает «природную функцию» женщины. При такой политике возникает риск приоритизации только одного из прав – права женщины на материнство. В то время как государственное правовое регулирование должно быть направлено на выравнивание различных социальных последствий биологической определенности. Беларусское государство успешно формирует понимание ценностей семьи как «женских» ценностей. В оценке критериев жизненного успеха у женщин на первом месте находятся семья и дети (их назвали 93% женщин), власть и славу как критерий успеха поддерживают только от 2 до 4% женщин (Рубанова и др. 2005: 23). Такая иерархия свидетельствует об идеализации традиционных гендерных ролей.

Государство превозносит женщину мать, женщину–работницу–объект сексуальной привлекательности как стратегический ресурс страны, в сочетании с выдвижением 30% женщин в парламент (по личному требованию президента страны), что предъявляется как подтверждение приверженности Беларуси идеям гендерного равноправия и выбора в пользу независимости и демократии. Именно таким образом происходит формирование государственной нации в Беларуси. Через манипулирование и моральный контроль над женщинами со стороны власти и общества воспроизводится господствующий в Беларуси авторитарный режим.

 Список источников:

Бедность и социальная изоляция в Беларуси // Ежегодник-2012

Беларусь по индексу человеческого развития опережает все страны СНГ // БЕЛТА. 09.11.2011 

Бурова С.Н. Благополучие семьи как предмет социологического исследования // Социология. 2009. N4

В Беларуси в 2013 году будут повышаться и детские пособия и пенсии // БЕЛТА. 06.12.2012 

В Беларуси занялись семейной политикой // Белорусская деловая газета 18.11.2012

В Беларуси количество работников образования планируется сократить. Как и предлагал Всемирный банк 

В Беларуси необходимо принять меры по усилению ответственности детей за престарелых родителей // БЕЛТА. 10.01.2013 

Всемирный банк. Обзор государственных расходов в Республике Беларусь. Реформирование бюджетно-налоговой сферы в целях восстановления устойчивого экономического роста. Ч. 1. Доклад 63566-BY, Вашингтон, 2011.

Доклад о мировом развитии – 2012: Гендерное равенство и развитие. Международный банк реконструкции и развития / Всемирный банк

Доклад Старовойтова И.Г., зам. Минтруда и социальной защиты РБ был сделан на международной конференции «Права женщин и сбалансированная политика в области семьи, занятости и гендерного равенства: реальность и перспективы»

Европейский статистический обзор за 2010 год

Женщины и мужчины Республики Беларусь. Статистический сборник. Мн.: Министерство статистики и анализа РБ, 2010-20-11.

Информационный материал для информационно-пропагандистских групп. N5 (30). Мн: Ин-т соц.-полит. иссл. при Администрации Президента Республики Беларусь, 2006.

Красавицы – белорусский стратегический ресурс // СТВ от 08.09.2009 

Коновальчик Е.А., Смотрицкая Г.Е. Воспитание гендерной культуры учащихся: пособие для педагогов общеобразовательных учреждений. Мн.: Национальный институт образования, 2008.

Комментарий к Закону Республики Беларусь «О государственных пособиях семьям, воспитывающим детей» от 29 декабря 2012 г. N7-З 

Леонович Ю. Блондинки всегда в ажуре // Советская Белоруссия. 2013. N119. 29 июня  

Лукашенко предостерег студентов, желающих заняться бизнесом, и дал совет белорусским девушкам: рожайте детей, карьера потом // Onliner. 12.11.2012

Министр труда: При рождении ребенка уповать только на поддержку государства неправильно // БЕЛТА. 06.12.2012

Рубанова А.В. и др. Минчане в начале XXI века: соц.-экон. и психол. портр. // Мн.: Юнипак, 2005

Национальное исследование причин семейного неблагополучия в Республике Беларусь, 2007–2008

Нужно создать условия для того, чтобы семья имела возможность воспитать двоих и более детей – Грушник // БЕЛТА. 17.11.2011

Официально: Около миллиона женщин в Беларуси подвергались семейному насилию // БЕЛТА. 15.04.2013

OOН. Конвенция о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин принята резолюцией 34/180  Генеральной Ассамблеи от 18 декабря 1979 года

Ольга – королева красоты! // Советская Белоруссия. 2004. N182. 25 сент.

Отчет национального исследования причин семейного неблагополучия в Республике Беларусь / ЮНИСЕФ. Мн., 2009. С. 36.

Политика гендерного равенства в Беларуси. Официальный сайт Фонда ООН в области народонаселения (ЮНФПА) в Беларуси

Рамочная программа ООН по оказанию помощи Беларуси в целях развития на 2011–2015 годы 

Руководитель социального отдела Минской епархии: «Гендерное неравенство это результат грехопадения» 23.07.2012 // Официальный портал Белорусской Православной Церкви

Синюк Е. Жен, которые «пилят» мужей, будут ставить на учет в милицию? // TUT.BY. 07.11.2012

Суть демократии по Лукашенко: выйти замуж и «гарантированно и спокойно родить детей» // TUT.BY. 01.10.2010

Усманова. А. Женщина как нация как товар, или культурная логика капитализма по-белорусски // Глобализация и гендерные отношения: вызовы для постсоветских стран. М.; Самара: Изд-во «Самарский университет», 2006. С. 72–101.

Чубрик А., Шиманович Г., Зарецкий А. Среднесрочные перспективы экономики Беларуси после кризиса платежного баланса, рабочий материалWP/12/03 Исследовательский центр ИПМ, 2012.

Aidukaite I. Reforming Family Policy in the Baltic States: The Views of the Elites // Communist and Post-Communist studies 6 2005, 39. P. 1-23.

Ashworth G. Model Actions to Strengthen National Women's Machineris': paper written for the Common wealth Secretariat. London, 1994. P. 5.

Cerami A., Vanhuysse P. Post-Communist Welfare Pathways: Theorizing Social Policy Transformations in Central and Eastern Europe Great Britain: Palgrave, 2009.

Kabeer N.‘Gender equality and women’s empowerment: a critical analysis of the third Millennium Development Goal’ Gender and Development. 2005. Vol. 13 (2). Reprinted in Gender and the Millennium Development Goals. Oxfam Focus on Gender, OXFAM, Oxford

Majr P., Zielonka J. The enlarged European Union: diversity and adaptation. Great Britain: Franc Kass publishers, 2002.

Motiejunaite А., Kravchenko Z. Family policy, employment and gender-role attitudes: a comparative analysis of Russia and Sweden // Journal of European Social Policy. 2008. P. 38–49.

Mukhopadhyay M., Singh N. (eds.) Gender justice, citizenship and development. IDRC; Zubaan; Ottawa; New Delhi, 2007

Pastore F. Verashchagina A. When does transition increase the gender wage gap? // IZADP. 2007. No. 2796 

Schmidt V. A. Discursive Institutionalism: The Explanatory Power of Ideas and Discourse // Political Science. 2008. Vol. 11. P. 303–326 //

 


 

[1]          Указ 585 от 22 ноября 2007 г. О предоставлении молодым и многодетным семьям финансовой поддержки государства //

[2]          Имеются в виду пособия на детей в возрасте до 3 лет, пособия семьям, воспитывающим детей до 18 лет, пособия в связи с рождением ребенка, по беременности и родам, на уход за инвалидами и престарелыми, пособия на погребение, пособие по безработице, адресная социальная помощь, стипендии и др. 

 Текст написан для монографии выпускаемой «Центром социальной политики и гендерных исследований» г. Саратов

Рисунки беларусской художницы Марины Напрушкиной

Ирина Соломатина, Гендерный маршрут