Anatomia красоты, или «сиськи и письки на родине Шагала»

В витебском Арт-центре Марка Шагала до конца этого месяца можно было увидеть выставкуAnatomia, представление ее второй части в витебском Центре современного искусства завершилось 16 апреля. Проект состоялся при содействии отдела культуры Витебского горисполкома, посольства Чешской Республики в Минске, Чешского центра в Киеве и консульства Латвийской Республики в Витебске.

Задумала и реализовала этот проект Дина Данилович – беларусская куратор, фотограф, а также редактор отдела моды «единственного в Беларуси глянцевого журнала» FILET-magazine. Идея выставки возникла в процессе проведения в Арт-центре Марка Шагала фестиваля Cinematograf (проходил на протяжении 2007–2011 годов), который объединил несколько видов современного искусства: живопись, фотографию, инсталляцию, хореографию и кино. Организовывая в течении пяти лет этот фестиваль в Витебске, Дина заметила, что люди пугаются работ с обнаженной натурой, и решила провести культурологический «ликбез», которым и стала выставка Anatomia.

Фрагмент экспозиции

Anatomia объединила 17 художниц/ков и фотографов различных направлений из Беларуси, Латвии, Чехии и Франции в одной экспозиции, связанной темой тела, причем не только обнаженного. Название выставки Anatomia (от греч. «рассекаю»), на мой взгляд, не помогло разгадать идею собранного и представленного в двух залах разнообразного художественного материала, а текст концепции проекта, к сожалению, вообще не был представлен посетителям выставки.

Можно предположить, что сформулированная кураторская концепция позволила бы лучше понять замысел автора выставки, а также объяснить публике важность заявленной темы, учитывая просветительскую направленность проекта. Куратор, оказавшаяся способной сделать «свой», авторский проект легитимным для государства, представив его сразу на двух государственных арт-площадях, не сумела, однако, отказавшись от представления концепции, объяснить свой замысел публике. Более того, Данилович, как куратор, не первый год работает с Арт-центром, следовательно, представляет не только эту выставку. Ей удается совмещать свои авторские амбиции, которые стоило бы обозначить и сформулировать, с запросами площадки Арт-центра Марка Шагала по привлечению зрителей и молодежи (билет на выставку, кстати, стоил 10 тысяч беларусских рублей).

Мне уже приходилось писать об арт-кураторской работе, которая должна состоять в том, чтобы создавать места или пространства современного искусства, в которых становятся видимыми изменения, происходящие, например, в нашей повседневной жизни. Удачные кураторские проекты, как правило, ставят значимые вопросы о времени, пространстве, современности, т.е. выполняют интеллектуально-исследовательскую миссию, столь важную для современных обществ. Однако в Беларуси с реализацией арт-кураторской миссии все еще явные проблемы.

Особенности локального контекста

Проект Anatomia вполне вписывается в локальный контекст своей законсервированностью. Я имею ввиду то, что в Беларуси существует особая ситуация с современным искусством. Организуются и проводятся коллективные выставки (например, триеннале современного искусства «БелЭкспо-Арт-2012»), художественный язык которых практически не переводим на сложившийся и существующий уже не одно десятилетие язык современного искусства.

В итоге создается такая законсервированная локальная среда, в которой имеется определенный круг тех, кто считает, что знает, что такое современное искусство.

Именно эти люди – носители «тайного знания» – и могут сами расшифровывать свое понимание для других участников художественного процесса и делают это кулуарно, или избегая публичности, убеждая художников участвовать в выставках. Для всех остальных задача понять, «что это было», остается весьма сложной из-за невозможности ухватить смысловые нюансы того языка, на котором об этом искусстве говорят организаторы выставок. Вступительное слово Виктора Альшевского, руководителя Центра современных искусств, куратора первой минской триеннале современного искусства про «источник гармонии – в единстве многообразия», объясняющее формат триеннале, может быть отличным примером существующей в Беларуси терминологической путаницы.

Выставка Anatomia задумывалась как попытка «лишить невинности арт-пространство Витебска и развеять ореол демоничности, сложившийся в позднесоветское и новобелорусское время вокруг обнаженного человеческого тела. Куратор поставила своей целью активное внедрение в локальный контекст художников и фотографов, работающих с проблематикой тела. В задачи куратора входила также активная интеграция опыта художников других стран.

Однако размещение работ в экспозиции было, на мой взгляд, не до конца продумано. Более того, как уже упоминалось выше, куратор не стала артикулировать свою концепцию либо особенности беларусского опыта и связанные с ним проблемы в сравнении с другими странами, хотя такие темы широко обсуждаются, например, в Украине. Достаточно вспомнить события вокруг выставки «Украинское тело». Нужно заметить, что без внятной артикуляции необходимости исследования тела и телесности, имеющих прямое отношение к осмыслению современности, без поиска отсутствующего в Беларуси концептуального языка говорения о теле, такие проекты будут и дальше сводиться только к «сиськам и писькам на родине Шагала» и выглядеть ограниченными.

Ликбез о «прекрасном и естественном» теле

«Anatomia – проект просветительский, это моя попытка показать зрителям, каким может быть изображение обнаженного тела. Этого не нужно бояться. Это прекрасно и естественно. Неоднозначная реакция на обнаженное тело в выставочном зале – следствие того, что люди не знают ни того, что происходит в современном искусстве, ни того, что происходило в истории мирового искусства... Обнаженное тело – символ очень многозначный и древний. И нужно любить себя, свое тело, нужно любить других людей, восхищаться их красотой», — поясняет Дина Данилович.

Трудно не согласится с куратором в том, что обнаженное тело, действительно, присутствовало в истории мирового искусства, которое «прославляло женскую красоту».

Достаточно вспомнить красавиц Рубенса или одалисок Энгра, Сусанну Тинторетто и многие другие полотна с обнаженными женскими телами, которые были блестяще проанализированы Джоном Бергером в его знаменитой книге «Искусство видеть». Бергер приходит к выводу о том, что в классических произведениях искусства женщина пассивно подчинена сексуальным мужским фантазиям художника. Вся история классического искусства является историей мужского взгляда. Мужчина в этой истории всегда герой и творец, женщина же – почти всегда объект или декор, которым было принято любоваться, и одновременно подменять ответственность за собственный, мужской взгляд женским тщеславием и «аморальностью». В классическом искусстве не было места для эротического женского желания.

Более того, как точно подмечает Бергер, современная реклама успешно заимствует «язык» масляной живописи, который на протяжении четырех столетий, вплоть до изобретения фотоаппарата, доминировал в европейском обществе. Реклама часто цитирует хорошо известные произведения искусства прошлого. Но функция рекламы отличается от функций живописи. Реклама формирует символический продукт в виде рекламного образа, чтобы заставить зрителя испытывать неудовлетворение от той жизни, которую он ведет. Реклама утверждает, что если зритель купит предлагаемое, то жизнь станет лучше, реклама призывает каждого заняться усовершенствованием себя и через нее идентифицироваться с тем образом, который лично вам больше подходит.

И тут женщина вновь обнажена и вторична по отношению к мужчине. Она, чаще всего, не пользователь рекламируемых товаров, а объект, циркулирующий вместе с другими товарами.

Мужчина же становится «настоящим» мужчиной, приобретая набор товаров-символов, который включает и красивую женщину. Именно так и функционируют рекламные сообщения, навязывая ложные стандарты того, к чему следует, а к чему не следует стремиться.

Однако в 1970-х годах художницы начинают исследовать и выражать в своих работах собственное отношение к своему телу, свои чувства по поводу сексуальности, пересматривая миф о женской пассивности. Когда женщины начали использовать собственное лицо и тело в фотографии, перформансе, кино, видео вместо того, чтобы оставаться реквизитом для мужчин, они взялись за реализацию своего желания утвердить женский опыт и себя самих как художниц. Американская теоретик искусства Люси Липпард считает, что подход художниц к интерпретации себя самой осложняется социальными стереотипами, так как существует тонкая грань, разделяющая «использование» женщин мужчинами, чтобы пощекотать свои сексуальные желания, и «использование» женщин женщинами ради разоблачения подобных оскорблений. Главная проблема заключается в том, что такое разоблачение не всегда удается.

Так, на выставке была представлена фотосерия Ольги Хохловой, которая снимает свадьбы, Love Story, портреты и преподает в ЕГУ фотографию дизайнерам, под названием «Сны лицеиста» (1999–2013). Зрители могли полистать три самодельных альбома, закрепленных на веточках, внутри которых можно было увидеть черно-белые фотографии обнаженных женщин на фоне полей, камней, усыпанных цветами; женщины на фото стоят, сидят, лежат.

Работы Ольги Хохловой

Можно предположить, что Ольга исследует эротические сны подростка, пытаясь представить то, как юноши смотрят на женщин. Женщины на ее фотографиях позируют, тут сохраняется «природное» распределение ролей. И не важно, что снимает фотограф-женщина. Наблюдающим тут остается мужчина, так как женщины на фото превращают себя в объекты визуального наблюдения. Это часто определяет не только большую часть отношений между мужчинами и женщинами, но и отношение женщин к самим себе [1].

А вот серия работ «Раздетые» Татьяны Лисовской, фотографа из Витебска, заставляет вспомнить о фотографии у сюрреалистов, которые прибегали ко всяким техническим ухищрениям. Такая фотография производит парадокс реальности, сконституированной как знак – или парадокс присутствия, превращенного в отсутствие, в репрезентацию, в пробел, в особое письмо. Эта серия демонстрирует, что можно создавать новые образы и бросать вызов традиционным – причем как женским, так и мужским. Можно иронизировать, пародировать, умножать и пере/конфигурировать их, открывая новые пространства для фантазии. Освобождение от клишированных сексуальных различий тем самым указывает на возможность бесконечного поиска себя.

Работы Татьяны Лисовской

Мужская нагота

«... Мы протестуем против сексуальной дискриминации. Почему-то считается, что обнаженное женское тело — это красиво. А вот обнаженный мужчина в некоторых местах некрасив. Но человек — и мужчина, и женщина — везде создан гармонично», – говорит куратор Anatomia. На выставке была частично представлена «Платиновая коллекция» чешского фотографа Роберта Вано, который исследует, помимо женских, и мужские обнаженные тела. И, пожалуй, это была самая сильная часть экспозиции. Репрезентация мужской обнаженный натуры тут более динамична, в сравнении с женской.

Однако не стоит забывать о том, что эротизация мужского обнаженного тела в потребительской культуре – это не «новая» свобода, а новая форма контроля, осуществляемая путем стимулирования: «раздевайся, но будь стройным, красивым, загорелым!». Причем в 1990-х годах процент рекламы, где были задействованы обнаженные мужские тела, составил 35% от общего числа рекламных объявлений. Однако Беларусь безнадежно отстает в этом смысле от остальной части света. У нас даже западные бренды не используют рекламу с полуобнаженными мужчинами для продвижения своей продукции. О разнообразных же представителях нетрадиционной (queer) сексуальной ориентации, как, например, в рекламе духов и одежды «Dolce & Gabbana», вообще говорить не приходится. Так что на таком беларусском фоне «отсутствующего мужчины» и телесного разнообразия «Платиновая коллекция», впервые представленная в Витебске, имеет очень большое значение.

Роберт Вано. Из «Платиновой коллекции»

В этом плане интересна и фотосерия самой Дины Данилович. На ее фотографиях – мужчина-модель, демонстратор одежды, и он же полностью обнаженным позирует Дине: «Тело Максима – идеальный объект для моих исследований… То есть я могу одеть его, раздеть, все, что угодно… Максим для меня – абсолютная красота. Но красота не сексуальная, плотская. Глядя на него, я вижу всю историю искусства – это средневековье, Ренессанс, какие-то любимые религиозные сюжеты, христианские мученики».

В Беларуси практически никто не работает таким образом. Стилизованная и облагороженная мужская нагота, эстетически приемлемая как «красота», дополняется на фотографиях Дины «естественным», непристойным, голым (без одежды) телом.

Работы Дины Данилович

Однако в целом сверхзадача выставки Anatomia – связать анатомию «не столько с физиологией и телесными практиками, сколько со стремлением художника “заглянуть под кожу мироздания”, увидеть за видимыми и осязаемыми границами саму суть вещей и людей» – вряд ли достижима сегодня. Ведь чем сложнее становится культура, тем больше в ней, с одной стороны, нормативных вариаций, с другой, индивидуально-групповых различий, заметных в повседневной жизни, особенно в больших городах. И все они формируют свою/различную/иную суть.

Тем не менее, выставку Anatomia можно рассматривать как одну из первых попыток рефлексии на тему, какими разными бывают тела.

Так, фотографа Игоря Савченко (серия 2007 года) интересует женское тело «за 30» – совершенно не типичный ход для беларусской фотографии. А Ольгу Хохлову, напротив, интересуют «прекрасные» женские тела. Поэтку Ольгу Гапееву интересует больное, страдающее, но свое тело. А художница Тоня Слободчикова исследует отчуждение женского тела от ее владелицы.

Работа Антонины Слободчиковой

Работы Игоря Савченко

Работы Ольги Гапеевой в рамках экспозиции

Фотограф Сергей Кожемякин в представленной на выставке фотосерии из проекта «Образы и подобия. Опыт художественного исследования одного фотографического архива» исследует образы американского фотографа Роберта Мэпплторпа, известного своими гомоэротическими фотографиями.

На фоне этого разнообразия подходов остается осознать проблему нехватки и необходимости артикуляции исследования тела и конкретных телесных опытов для создания концептуального поля, которое и позволит перейти на язык современного искусства.

Примечания:

[1] Berger J. Ways of Seeing, 1972. Reprint: BBC and Penguin Books, 1977, p. 47.

Фотографии из «Платиновой коллекции» Роберта Вано будут показаны в Минске, Гомеле и Бресте

Интернет-журнал "Новая Эўропа"

Ирина Соломатина, интернет-журнал "Новая Эўропа"