«Папараць-кветка» и/или «путана»: между подчинением и свободой

С этого года официальным символом конкурса красоты «Мисс Минск–2013» стала «папараць-кветка». Анастасия Гузель-Ганиева, продюсер проекта, пояснила: «Речь идет не о конкурсе моделей, а о конкурсе, где выбирается лицо столицы. И, согласитесь, в этом лице должно быть гораздо больше, нежели просто красивые черты».

Не успела «Советская Белоруссия» сообщить о том, что «поиск самой красивой девушки в столице завершился без сюрпризов», а «главный тренд сезона – естественная мягкая красота и ясные жизненные ориентиры», как начались сюрпризы.

Блогеры обнаружили, что попавшие в финал девушки работают в клубной индустрии. А победительница пятого конкурса «Мисс Минск–2013» – 21-летняя блондинка, студентка Беларусского государственного экономического университета – является не только постоянной гостьей клубов Минска, но и может исполнить (и уже исполняла) эротический танец перед клубной публикой.

Председатель общественного совета по нравственностиНиколай Чергинец тут же обвинил организаторов конкурса «Мисс Минск–2013» в том, что они «подставили руководство города» и «скомпрометировали наш образ жизни», так как своевременно не осведомились о «роде занятий и образе жизни участниц».

В результате произошло «извращение понятия конкурса красоты и смешивание его с пошлостью».

«Путана, получившая звание “мисс”, – вот красавица. И сколько же она будет стоить?», – возмутился Чергинец.

Теперь конкурс «Мисс Минск–2013», организованный Мингорисполком, государственным телеканалом СТВ и Национальной школой красоты, на который было потрачено 2 млрд беларусских рублей (почти $ 230 000) из госбюджета, оказался в центре общественного внимания. Телеканал СТВ отказался от трансляции конкурса красоты, запланированной на 6 июля, решив, что после интернет-скандала «показывать на государственном телеканале конкурс с девушками не совсем подобающего поведения» нехорошо. Однако, согласно условиям конкурса, девушкам не запрещалось заниматься стриптизом или откровенными танцами, не были прописаны и ограничения на наличие эротических фотографий в сети. Но после посещения канала СТВ победительницей конкурса «Мисс Минск–2013», как раз накануне трансляции финала, в редакцию TUT.BY неожиданно пришло письмо с недостающими до этого момента пунктами соглашения между организаторами и участницами конкурса. Согласно этому соглашению практически все финалистки не имели права участвовать в конкурсе.

Фото: Ольга Шукайло, TUT.BY

Красота или пошлость?

Любопытно, что о конкурсе в СМИ высказываются в основном мужчины. Мнения спорящих в интернет-дискуссиях разделились на две диаметрально противоположных позиции. Одни утверждают, что такие фотографии непристойны, «такое распуства ды ў міс Менску». Другие же считают, что перед нами результат свободного выбора, и девушки «так хотят», и фотки эротические отличные. При этом на беларусских женских порталах, например, Diva.byLady.tut.by или Velvet, нет ни строчки на этот счет, хотя все они пишут о том, как важно быть красивой, женственной и сексуально привлекательной или иметь определенную внешность, которая открывает возможности в жизни.

Общеизвестно, что процесс сексуализации женщин как объектов мужского желания включает в себя определенные стандарты представления о женской привлекательности. Именно об этом сообщила «СБ» в статье «Блондинки всегда в ажуре», посвященной победительнице «Мисс Минск–2013»: «классический европейский стандарт – светлые длинные волосы, белозубая улыбка и стройное спортивное тело».

В современном беларусском обществе сексуальность рассматривается как главное достоинство и ресурс женщины. Отсюда и участие учительниц иностранных языков в конкурсах красоты, например, «Мисс грудь Беларуси» в 2010 году.

Кстати, победительницей этого конкурса в 2012 году стала преподавательница БНТУ, которая высказалась в поддержку «Мисс Минск–2013». Появление в Интернете ее собственных фотографий, демонстрирующих ее «основное достоинство», вызвало аналогичные бурные обсуждения, дошло и до бесед на работе. Однако победительница «Мисс грудь Беларуси–2012» до сих пор не согласна с таким вмешательством в ее личную жизнь: «если я преподаватель, то мне уже и на улицу выходить нельзя! Грязи было много, но все успокоились!

Это завистницы и неудачники пишут, чего обижаться! Мой размер груди на моих умственных способностях никак не отражается».

Ни для кого не секрет, что учительницы и преподавательницы относятся к работникам низкооплачиваемой бюджетной сферы «женских профессий». Более того, сегодня падает авторитет образования с ключевой фигурой учительницы, ее место занимают красавицы-модели, которые и предлагают «норму» для ориентации. При этом, помимо государственных конкурсов «Мисс Минск» и «Мисс Беларусь», практически во всех государственных вузах столицы ежегодно проводятся свои конкурсы красоты. Следовательно, именно государство поощряет культивирование сексуальности, акцентируя излишне много внимания на внешности молодых женщины.

Таким образом и поддерживается гендерное неравенство и осуществляется превращение сексуальности в товар: мужчины выбирают и оценивают женскую внешность, женщины же стараются понравиться и удовлетворить мужские желания, получая взамен подарки, то есть дополнительные – к своим учительским зарплатам – вознаграждения. Заодно обучают и молодых «правильной» социализации в мужском мире. Более того, все это выдается за проявление заботы о женщинах. Юрий Козиятко, генеральный директор телекомпании «Столичное телевидение», отметил: «У нас прекрасная природа, и вы видите, как прекрасно в неё вписываются наши красивые финалистки “Мисс Минск–2009”». И добавил: «В конце концов, для кого мужчины хранят в банках деньги, покупают бриллианты, золотые кольца? Конечно, для девушек, поэтому наши красавицы – это наш беларусский и минский стратегический ресурс».

Фото: Ольга Шукайло, TUT.BY

Чем оборачивается такая государственная «забота»?

Н. Чергинец, охраняющий общественную нравственность, не просто так задал вопрос о том, сколько же будет стоить теперь красавица. В 2004 году в «Советской Белоруссии» вышла статья под названием «Несвободные телом? По обе стороны подиума», в котором Геннадий Давыдько пояснил, что государственный статус конкурсов красоты – «это знак особого отношения в стране как к культуре вообще, так и к женской красоте в частности»; «это так прекрасно, когда красота возведена в ранг государственной политики»; «мы же сделаем все возможное, чтобы выбрать такую девушку, которая станет звездой в мире»; «вот как мы стометровку выиграли у всего мира, так должны выигрывать и красотой».

Таким образом, выбирать красавиц могут только государственные уполномоченные структуры, потому что девушек в перспективе готовят для выступления «за честь Беларуси» на международных конкурсах, следовательно, их внешний вид должен соответствовать «международным стандартам». Такую и выбрали – «классический европейский стандарт», по мнению «СБ», вот только «ясные жизненные ориентиры» победительницы почему-то не устроили власти.

Казалось бы, раз речь идет о зарабатывании денег для страны, какая разница, где подрабатывает красавица?

Однако, как точно заметила культуролог Альмира Усманова, «власть считает своим долгом и прямой обязанностью утвердить эталон национальной красоты и показать “народу”, какая у него должна быть “женщина”» [1]. Судя по отказу СТВ транслировать финал конкурса «Мисс Минск–2013», женщины у народа должны быть другими. Или, иными словами, достойные быть «Мисс Минск» не могут самостоятельно решать, где им демонстрировать свое тело.

Тут мы сталкиваемся с парадоксальной ситуацией, когда «нормализация» ежегодной трансляции на всю страну отобранных жюри красавиц-финалисток, дефилирующих в купальниках студенток различных беларусских вузов, сопровождается отказом показать тех финалисток конкурса, которые уже подрабатывают в клубной индустрии и готовы сами публично демонстрировать свою конвенциональную красоту. Конкурс 2013 года продемонстрировал, то что в Беларуси идет процесс реального сексуального освобождение женщин, ведь даже при отборе девушкам предлагали «соблазнить» жюри. Но эмансипация сосуществует с пропагандой природной «естественности» и нравственно-духовного совершенства, или иначе – чистоты женщины.

Любопытно, что государственные «стратегии продажи» используются и для моделирования имиджа Беларуси в глобальном мире. В выше упомянутой статье «СБ» за 2004 год отмечается, что «иной раз под видом всевозможных кастингов, приглашений на работу в модельные агентства идет банальная вербовка доверчивых девчонок в сексуальное рабство. Высокий статус “Мисс Беларусь” – это прежде всего страховка от мошенничества». Следовательно, госконтроль за проведением конкурсов красоты оправдывается внешней угрозой продажи беларусских красавиц в сексуальное рабство. «СБ» подчеркивает, что «по доходности торговля людьми в мире занимает третье место после торговли наркотиками и оружием. До 20 млрд долларов ежегодно. Причем половина из этих денег приходится на страны СНГ».

Именно поэтому беларусский президент рассматривает эту «глобальную беду современности в качестве одной из угроз XXI века», и именно поэтому именно он держит конкурсы красоты под личным контролем. Напомню, что в Беларуси существует подписанная президентом Беларуси Государственная программа противодействия торговле людьми, нелегальной миграции и связанными с ними противоправными деяниями на 2011–2013 годы.

Все это замечательно, но проблема в том, что в беларусском обществе доминирует патриархально-сентиментальный дискурс, сутью которого является риторика власти («защитить женщину для настоящего мужчины – дело чести» ; «у нас прекрасная природа, в неё вписываются наши красивые финалистки»; «мужчины покупают бриллианты для девушек»), закрепляющая за мужчинами доминантное, а за женщинами подчиненное положение, а также подчеркивающая социальную неполноценность женщин и их зависимое от желаний обладающих реальной властью мужчин положение. Женщине приписывается природное начало (вспомним «папараць-кветку»), а ее самыми ценными качествами (после сексапильности) является послушание и целомудрие, «душевная красота». Более того, эти качества власть пытается контролировать не только проводя конкурсы красоты, но и решая, какие именно женщины достойны быть в парламенте страны.

Отсюда и предложенное в «Советской Белоруссии» объяснение связи между проведением конкурса и выборами в депутаты:

«Четкая организация конкурса красоты – это своеобразный срез государственной политики по отношению к женщинам.

Ее непреложная суть в том, чтобы создать такие условия, чтобы наши милые дамы имели возможность полностью реализовать себя в своей стране. А коль так, то совсем не случайно и желание Президента видеть среди депутатов Палаты представителей не менее 30-40 процентов женщин. Кстати, кто знает, может, и нынешние конкурсантки по прошествии лет займут видное место во власти».

Когда в публичном дискурсе в устах высокопоставленных лиц основная функция женщин сводится к «естественной красоте» и роли объекта для мужского созерцания, то беларусскому обществу сложно представить другие женские роли – такие, как женщина-президент, профессионал своего дела, полноценная гражданка своей страны.

Примечания:

1. А. Усманова. Женщина как нация как товар, или культурная логика капитализма по-белорусски // Глобализация и гендерные отношения: вызовы для постсоветских стран. Издательство «Самарский университет», 2006. С. 72–101.

© 2013 Новая Эўропа

Ирина Соломатина © 2013 Новая Эўропа