Памяти Игоря Семеновича Кона

27 апреля 2011 г. дирекция Института этнологии и антропологии Российской академии наук (РАН) с глубоким прискорбием сообщила о том, что на 83-м году жизни скончался выдающийся ученый, доктор философских наук, академик Российской академии образования (РАО), профессор Игорь Семенович Кон.

Он работал на стыке разных наук: социологии, истории, антропологии, психологии и сексологии.

С его именем тесно связано рождение на постсоветском пространстве таких дисциплин, как социология личности, психология юношеского возраста, этнография детства.

Задумывая в 2005 г. в Минске экспериментальный проект «Гендерный маршрут: фестиваль идей о поле», я обратилась к текстам Игоря Кона. Именно он, много лет занимаясь изучением эволюции человеческой сексуальности, знал, что для каждого конкретного периода истории характерна своя специфика в распределении поведенческих ролей мужчин и женщин и связанная с ней символика. Но в конце ХХ в. произошли радикальные изменения в системе гендерного порядка. Причем, согласно Кону, «главным субъектом этих изменений являются не мужчины, а женщины, социальное положение, деятельность и психика которых изменяются сейчас значительно быстрее и радикальнее, чем мужская психика».

Игорь Кон любил Форос (южный берег Крыма), там когда-то отдыхали его родители. И он рассказывал, что именно там случился курортный роман и там-то его и зачали. Поэтому он с удовольствием туда ездил при каждом возможном случае. Я же ездила в Форос на школу, куда приглашали активных людей, занимающихся гендерными исследованиями со всего постсоветского пространства. Благодаря школе и санаторию «Форос» мы и познакомились и сохраняли несколько лет дружеские отношения, участвовали в профессиональной рассылке харьковского Центра гендерных исследований.

Что меня всегда восхищало в Игоре Коне, так это его умение давать конструктивные советы в, казалось бы, совершенно безвыходных, тупиковых ситуациях.

Иногда, он просто писал: «Как специалист по истории общественных наук, посылаю несколько соображений общего характера» – и неожиданным образом снималось напряжение и открывались новые перспективы дискуссии.

Ему казалось, что люди, обладающие достаточно широким общенаучным кругозором, способны переводить профессионально-групповой жаргон в общепонятные термины и способны, следовательно, договариваться с другими: «Ремесленникам это не доступно, а шарлатаны просто не хотят этого делать, чтобы не утратить ауру "посвященных"».

Он считал, что нужно определиться: либо мы сознательно берем курс на создание множества враждебных друг другу интеллектуальных гетто только для «своих», и победит в этой борьбе (спором назвать ее нельзя) тот, у кого богаче спонсоры или сильнее административный ресурс. Либо мы готовы обсуждать теоретические и социальные проблемы спокойно, не раздражаясь и не переходя на личности, и за этими процессами нужно присматривать, т.е. контролировать эти вещи, в том числе и себя.

Игорь Кон занимался общезначимыми темами и старался писать о них максимально ясно, считая, что это имеет потенциал – если кто-то его услышит и поймет – и практическое значение. Как-то он написал: «Знаю, что нужно писать, как Джудит Батлер, но неудержимо тянет переводить научные термины на простой язык, а то, что никак не переводится, оставлять в стороне как ненормативную лексику. То ли это подростковый негативизм, то ли старческий маразм, но все равно явная инволюция».

Обращаясь к гендерному профессиональному сообществу, он предвидел происходящее сейчас расслоение: «Молодое и слабое интеллектуальное сообщество, цементирующееся порой только общим именем и зарубежными грантами, не может не распадаться, когда общество поворачивает вспять. Плюс – трудность сочетания теоретической деятельности и политического активизма. Но стоит ли называть исследователями людей, которые просто держат нос по ветру? То ли еще будет...»

Сам Игорь Кон всегда четко формулировал свои политические оценки социальных процессов не только в собственных книгах, но и на публичных площадках, занимаясь просветительской деятельностью. Он был предельно открыт для дискуссий на сайтах Полит.ру, «Грани», «Эхо Москвы» и др. Он подписывал коллективные письма в защиту или против чего-либо, из солидарности с разумными идеями и порядочными людьми. Такова была его практическая этика.

 

Игорь Кон никогда не брался формулировать общие принципы для других, он не претендовал на роль пророка, а был Ученым и свободным человеком, который делал то, что считал значимым.

Полностью отдавая себя отчет в том, что на идеологическую обстановку в стране его мнение и позиция вряд ли повлияют, он всё таки был уверен, что кто-то, услышав его, задумается над существующими проблемами, и это уже результат. Он знал, что его книги важны для будущего, т.е. они имеют долговременный эффект, поэтому и популяризировал свои тексты на разных площадках. Некоторые его книги, например «Вкус запретного плода. Сексология для всех», уже стали бестселлерами.

После событий 19 декабря 2010 г. в Минске, когда возникла стихийная инициатива со стороны известных людей писать письма беларусскому правительству и президенту, Игорь Кон написал следующее: «Я не слышал, чтобы в 1930-х либеральные западные интеллигенты слали письма Геббельсу, чтобы перестали увольнять евреев, или Сталину по поводу вредительских процессов. Свободные люди писали письма в свободную прессу и депутатам своих парламентов. Может быть, и теперь лучше писать не беларусскому министру, а в западные СМИ, на тамошних языках, рассказывая конкретные случаи произвола, увольнений и т.п.?»

Игорь Кон сожалел о том, что «объекты травли» у нас не умеют профессионально работать.

 

Вместо того, чтобы анализировать и раскрывать суть дела, они вступают с противниками в перебранку или ведут неравный бой по навязанному сценарию.

А в перебранке побеждает тот, кто кричит громче и у кого власти больше.

В заключении к последней своей книге «Клубничка на березке. Сексуальная культура в России» (3-е издание книги отличается от двух предыдущих), Игорь Кон использовал цитату Виктора Пелевина: «Реформы, про которые ты слышала, вовсе не что-то новое. Они идут здесь постоянно, сколько я себя помню. Их суть сводится к тому, чтобы из всех возможных вариантов будущего с большим опозданием выбрать самый пошлый. Каждый раз реформы начинаются с заявления, что рыба гниет с головы, затем реформаторы съедают здоровое тело, а гнилая голова плывет дальше. Поэтому все, что было гнилого при Иване Грозном, до сих пор живо, а все, что было здорового пять лет назад, уже сожрано».

Игорь Кон считал, что традиционализм не может ни отменить социальных последствий сексуальной, гендерной и семейной революции ХХ в., ни изменить вектор развития поведения молодых людей. Это значит, что ломка традиционного порядка закономерна и необратима. Ее причиной является даже не феминизм, а новые технологии, которые делают природные половые различия менее значимыми, чем раньше.

Но традиционализм мешает обществам сделать вытекающие отсюда социально-нравственные выводы и тем самым многократно усиливает связанные с этими процессами социально-психологические издержки.

Игорь Кон ушел из жизни, но остались свыше 50 книг и 300 статей, масса интервью и его персональный сайт, где в открытом доступе находится масса полезных и всё еще актуальных текстов этого мудрого, ироничного, свободного человека и друга.

Светлая память.

"Новая Эўропа"

Ирина Соломатина, интернет-журнала "Новая Эўропа"