Наука, Коран и Женщина (Science, the Koran and a Woman)

В достаточно короткий промежуток времени в Минске прошли две похожие по содержанию международные гендерные конференции, пользующиеся государственной поддержкой. И, что немаловажно, обе были проведены в партнерстве с посольством Исламской Республики Иран. В декабре 2011 года – «Женщина. Общество. Образование» на базе Женского института «Энвила».А 2 февраля 2012 года – международная научная конференция«Семья и женщина в современном мире: социальные и культурные аспекты» в Национальной Академии Наук. Эти мероприятия собрали весь «свет» беларусского научного сообщества: профессоров, докторов наук, младших научных сотрудников и преподавателей, которые в той или иной мере занимаются «женскими» и гендерными вопросами. Какое же знание транслировали конференции, какие дискурсы, или объясняющие модели, вводились на них?

Логично было бы ожидать от таких мероприятий, что они будут служить площадками для дискуссий и взаимообмена в научном сообществе, создаваемыми для продвижения гендерной теории в различные сферы социальной жизни. Но, к сожалению, то, что было озвучено в большинстве докладов в рамках этих конференций, сложно отнести к гендерно ориентированным подходам. «Официальное» академическое сообщество настойчиво отстаивало классический поло-ролевой подход как основополагающий.

С одной стороны, это может быть связано с особенностями взаимодействия академии и государства, которое делает заказ на продвижение и транслирование именно традиционных ценностей. В таких условиях гендерное знание трансформируется и встраивается в определенно заданные и социально легитимные рамки. С другой стороны, причина может быть в том, что для реализации гендерной политики в стране привлекаются самые разные исследователи, которые, не обладая должной компетенцией, начинают называться «гендерными исследователями». Отсутствие эффективной системы «повышения квалификации» академического сообщества по гендерной проблематике закономерно влияет на качество исследований.

Посещение этих конференций в очередной раз заставило нас задуматься над гендерной политикой в стране и обратиться к критическим размышлениям на ее счет.

«Женские» конференции

В названиях обеих конференций использовалось слово «женщина», хотя их цели и задачи имеют прямые отсылки к гендерной проблематике, не в меньшей степени касающейся и «мужчин».

Происходит это, видимо, потому, что устанавливается прямая ассоциативная связь: гендерная проблематика = проблемы женщин.

Складывается впечатление, что организаторы конференций либо не понимают сути гендерных исследований, либо намеренно ограничивают гендерную проблематику только проблемами женщин.

Этим наши «конференции о женщинах» напоминают «праздник 8 марта». Именно в этот день женщинам принято дарить подарки за всё «хорошее» и вспоминать о их авторитете и значимости – так как весь остальной год об этом говорить не принято.

На открытии конференции «Семья и женщина в современном мире» Александр Коваленя , академик-секретарь Отделения гуманитарных наук и искусств Национальной академии наук Беларуси, определил «гендерное равенство» следующим образом: «В современном обществе вырастает авторитет женщины как личности, матери, жены». А в заключение своего выступления он пожелал: «Вместе с тем хотелось бы, чтобы наша конференция не смогла решить одну проблему – проблему тайны женщины, чтобы все последующие поколения продолжали поиски прекрасного женского начала».

Такое одновременное говорение об «авторитете женщины как личности», т. е. о ее профессионально-статусной реализации, и в то же время о ее «вечной тайне», демонстрирует полное отсутствие у академика понимания того, что женщина должна признаваться полноправной личностью, не сводимой ни к «тайне прекрасного начала», ни к репродуктивным обязанностям.

Академик Отделения гуманитарных наук и искусств НАНРБ явно не подозревает, что дискриминация коренится не только в его высказывании, но и во всей социальной структуре беларусского общества.

Это значит, что все те проблемы, которые обозначаются как «женские», по сути касаются и мужчин. Отождествление «гендерного» с «женским» является тупиковым ходом, так как не способствует изменению системы.

Женщина = семья?

На конференциях много говорилось о том, что женщина должна находиться в рамках семьи, поскольку это ее основная задача – а уж потом работа. Но такая ситуация ведет к вытеснению из семьи мужчины. Сомнительно, что возможно появление конференций «Мужчина и семья в современном мире». А ведь было бы совсем не плохо, если бы на таких конференциях говорилось о том, что мужчина на равных с женщиной может и должен заниматься семьей и детьми и попутно заниматься профессиональной деятельностью. Ведь двухкарьерная семья сегодня – это уже устоявшееся явление.

Некоторые доктора наук, возлагая ответственность за нравственность, мораль, воспроизводство только на женщину, искренне считали, что только благодаря этому женщина и становится счастливой.

Так, Светлана Винокурова , доктор философских наук, профессор, первый проректор Беларусской государственной академии искусств, заявила: «Для сохранения семьи очень важна роль женщины … Женщина может быть спасением для семьи, точно также как и катализатором ее распада. В силу своих функций, связанных с продолжением рода, женщина быстрее социально созревает».

А доктор Тайебе Сафаи , депутат Парламента Исламской Республики Иран от Тегеранского округа, член комиссии по образованию и исследованиям, председатель женской фракции Парламента Исламской Республики Иран, добавила:

«На самом деле борьбу за равенство женщин используют различные скверные политики. И женщина, вроде как, равна мужчине. Но какой ценой? В итоге женщины еще больше страдают.

Искусство воспитания детей, в соответствии с Кораном, присуще только женщине. И ни в коем роде не мешает ей заниматься научной или другой деятельностью».

По мнению же доктора Фатиме Рахбар , депутата Парламента Исламской Республики Иран от Тегеранского округа, члена комиссии по делам культуры, члена женской фракции Парламента Исламской Республики Иран, «одна из особенностей современной эпохи – это навязывание женщинам мужских обязанностей под предлогом равноправия мужчин и женщин. Женщину выманили из безопасной семейной среды и ввели в неспокойную и напряженную пучину экономической и политической деятельности … Участие женщины в деятельности общества не должно мешать ей качественно выполнять обязанности по хранению домашнего очага … Феминизм – это главная угроза диалогу о семье и женщине. На плечи мирового феминизма возлагается ответственность за всё плохое, что случилось с семьей и женщиной».

Исходя из этих цитат, становится очевидно, что независимо от того, кто говорит – беларусские ученые или иранские, женщина ассоциативно увязывается исключительно с семьей. Только иранские ученые опираются на Коран как источник общественных норм, что подменяет собой законодательство и ценности, отстаиваемые в рамках гражданского общества. Значит ли это, что и беларусские исследователи, перенимая опыт иранских коллег, вскоре обратятся к религиозным ценностям как высшим и непререкаемым? В любом случае, понятно, что транслироваться будет установка не на гендерное равенство, а на закрепление традиционных ценностей для женщины: семья, дети, муж. Это вступает в некоторое противоречие с тем, что официально декларируется, так как государственная политика в стране направлена на достижение именно гендерного равенства.

Однако если мы обратимся к Национальному плану действий по обеспечению гендерного равенства в Республике Беларусь на2011–2015 годы [1], то увидим, что и в нем государство продолжает ратовать за традиционные ценности, выступая запродолжение работы как по повышению статуса женщин в обществе, так и по защите материнства и поддержке семьи.Таким образом, женщина должна совмещать профессиональную и семейную нагрузку. Другими словами, гендерная политики в Беларуси, сохраняя за женщиной ответственность за семью и воспроизводство, наделяет ее еще и ответственностью за профессиональную сферу. Мужчине же рекомендовано лишь помогать женщине в бытовой сфере – «помогать», но не разделять ответственность на равных (!); его собственный выбор в этом вопросе обсуждению не подлежит.

Женщина, духовность и религия

Еще одной особенностью этих двух конференций было повышенное внимание к вопросам нравственности, морали и религии. Так, Надежда Ермакова, председатель Беларусского союза женщин и Национального банка РБ, сделала странное заявление от лица беларусок: «Мы, женщины Беларуси, не подошли к тому, чтобы на принципах нравственности и духовности основывать наши законы. Не только женщины, но и мужчины. В этом плане нам есть чему поучится у Ирана. Мы, женщины Беларуси, парламентарии, учтем опыт Ирана в своей законодательной работе».

Интересно, какой опыт хочет учесть Ермакова? Неужели законы в государстве должны строиться на Коране или другой религиозной доктрине? Возможно, председатель Национального банка хочет вернуть те времена, когда государство и религия функционировали в очень тесном сотрудничестве? Из светского государства мы превратимся в религиозное?

Подобные высказывания со стороны человека, облеченного властью, свидетельствуют о ее полном непонимании сути гендерного равенства и, к сожалению, являются типичными для всего государственного эшелона.

Из выступления Антонины Моровой , доктора наук, председателя Постоянной комиссии Совета Республики Национального собрания по образованию, науке и социальному развитию:

«21 век – это век возрождения духовности, а духовность присуща женщине. Философы говорят, что обучая мужчину, ты обучаешь индивида. Обучая женщину, ты обучаешь семью и обучаешь нацию».

Напомним, что важным препятствием в выстраивании профессиональной карьеры женщин являются стереотипы о «мужских» и «женских» характеристиках и типах поведения. Многие женщины сами воспроизводят этот стереотип и об этом говорят.

В отношении необходимости перенимать опыт ислама отметим лишь одно. Докладчики говорили о высокой роли женщины как жены и матери в мусульманских странах, но речь шла о замужних женщинах и их «привилегиях». А что же делать с теми, кто к этой категории не относится? Каким образом могут быть защищены в мусульманских странах права незамужних женщин, женщин с нетрадиционной ориентацией, женщин, не желающих иметь детей? Эти темы в рамках конференций не озвучивались. Можно предположить, что они не будут приняты к рассмотрение и беларусскими «экспертами» от государства.

Апеллирование же в рамках конференции к Корану вступает в противоречие с тем, что Беларусь является светским государством и религия в нем отделена от государства.

Те установки, которые транслировали представители Ирана, опираясь на Коран, не могут быть соотнесены с ценностями, которые лежат в основе современных европейских демократий.

В заключение хочется отметить, что подобные конференции становятся хорошим отражением тех противоречий, которые наблюдаются в официальной политике государства. С одной стороны, принимается национальный план по достижению гендерного равенства. С другой же, проводятся научные конференции, на которых актуализируется важность перенимания опыта стран, строящих свое законодательство на ценностях Корана. В основе этой ситуации лежит подмена понятий и преобладание формальности в реализации гендерной политики в стране. Принятие плана не отражается на реальных установках и практиках государства, которое больше тяготеет к традиционным ценностям, включающим и религиозный контекст.

Примечания

[1] Национальный план действий по обеспечению гендерного равенства в Республике Беларусь на 2011–2015 годы / Постановление Совета Министров Республики Беларусь от 16.08.2011 № 1101.

Интернет-журнал "Новая Эўропа"

Science, the Koran and a Woman

There were two very similar international gender studies conferences held in Minsk within a short time period, both of which enjoyed a huge state support. It is important that both of them were held in partnership with the Embassy of the Republic of Iran.  In December 2011 there was a “Woman, Society and Democracy”  held by the Women Institute “Envila”. And on February 2, 2012  an international conference “Woman and family in a contemporary society: social and cultural aspects” was organized by the National Academy of Sciences. These two conferences gathered the cream of the Belarusian scientific establishment including professors, doctors of sciences, researchers and university lectures, who in one way or another are researching “women’s” and gender issues.  What was the knowledge disseminated by these conference like, and which discourses and theories were introduced?

It would have been logical to expect that such events will provide a space for scientific discussions and exchanges within the scientific community, aimed at promoting gender studies in various spheres of social life. Unfortunately, the content of the majority of presentations was hardly based on gender studies theories. The “mainstream” academic community was insisting on using the classical sex roles theories as the explanatory framework.  

On the one hand, this situation can be explained by the nature of the state-academia relationships, where the state orders promotion and dissemination of traditional values. Under such conditions gender studies get transformed and included into the specified socially legitimate framework. On the other hand, an explanation can be found in the fact, that the country’s gender policy is implemented by different scholars, who do not have a relevant expertise, but are nevertheless called “gender studies researchers”.   The absence of the efficient system of the academic community professional development negatively impacts the quality of research.

Participation in these conferences made us once again rethink gender policy of our country and produce a critical reflection of this issue.

«Women’s» conferences

Both of the conferences have a term “woman” included into the title, in spite of the fact that their goals and objectives refer directly to the research questions of the contemporary gender studies and are relevant for men to the same extent as for women.  

This is probably due to the establishment of direct association between gender studies and women’s “problems”.

We have an impression that the organizers of the conferences either have no understanding of what gender studies are about, or are deliberately restricting gender studies to researching only issues related to women.

This way our conferences are similar to the celebrations of March 8th.  On this day it is common to give women presents to commemorate all the “good things” done by them, to celebrate their importance and authority, as otherwise during the rest of the year these are not appropriate discussion topics.

In the opening speech of the “Woman and family” conference, Alexander Kovalenia, the academic secretary of the Humanities department of the National Academy of Sciences, has defined gender equality in the following way: “A woman’s personal authority and her authority as a mother and a wife is growing in a contemporary society”. To conclude his speech he expressed a desire that “our conference would not be able to solve one problem, that of woman’s mystique, so that future generations were to continue the search for sublime feminine essence”.  

This simultaneous praise of “a woman’s personal authority”, i.e. her professional and social achievements and of her “eternal mystique” betrays the academic’s lack of understanding that a woman should be recognized as a fully competent individual, reducible neither to “the mystique of sublime feminine essence”, nor to reproductive duties.

The representative of the Humanities department at the National Academy of Sciences apparently does not suspect that both his statements and the social structure of the Belarusian society are discriminatory.

It means that all those problems that are labeled “women’s problems” are essentially “men’s problems” as well. Substitution of “gender” with “woman” is a dead-end; it does not help to alter the status quo.

Woman = family?

Many of the presenters at these conferences proclaimed that a woman should stay in the family, since it’s her prime responsibility, with professional career coming in second.  But this leads to squeezing a man out of the family. We doubt that we will ever see a conference entitled “Man and family in a contemporary society”.  However, it would have been great if such conferences were to point out that a man can and should participate in family life and childcare to the same extent as a woman. Dual-career marriages are a well-established fact of contemporary social life.  

Some doctors of sciences sincerely believed that they are going to make a woman happy by shifting responsibility for morals and reproduction to her.

Thus, for example, Svetlana Vinokurova, doctor of philosophy, first vice-rector of the Belorussian State Academy of Arts stated: “Woman’s role in preservation of the family is immense… A woman can save the family, but she can also serve as a facilitator of its disintegration.  Due to her reproductive functions woman is reaching social maturity quicker”.

Doctor Taiebe Safai, Iranian MP, representing Tehran, member of the Committee of education and research, head of the parliamentary women’s party added:  

«In fact, struggles for women’s equality are used by the mischievous politicians to their own advantage. And a woman becomes seemingly equal to a man. But what is the price that we have to pay? As a result, a woman suffers even more.

Koran teaches us that the skills of child raising are immanent to women. And those do not prevent women from pursuing academic or other careers».

In the opinion of Dr. Fatime Rakhbar, an Iranian MP and a member of the Committee on Cultural Affairs, member of the parliamentary women’s party, “one of the traits of contemporary society is to impose male duties on women under the excuse of male/female equality. Women were seduced from the secure environments of the homes into the turbulent and challenging environment of political and social life… Woman’s participation in public life should not prevent her from efficiently fulfilling her duties as a home keeper… Feminism poses a major threat to a dialogue on women and family. Feminism is responsible for all the misfortunes of women and families».

As is evident from the above quotes, irrespective of who is speaking, be it Belarusian or Iranian scientists, all of them associate women exclusively with the family. The only difference is that Iranian scholars are referring to Koran, which replaces the legislation and civil society values as a source of social norms. Does it mean that Belarusian scholars will rely on this experience and will soon turn to religious values to govern and guide social life? In any case it is clear, that it is not gender equality that will be promoted, but the strengthening of traditional female values, i.e. family, children and husband. It, however, contradicts the officially declared state policy of promoting and achieving gender equality.  

Let’s, however, turn to the National Action Plan in Gender Equality of the Republic of Belarus for 2011-2015 [1]. We will see, that through this plan the state is in fact promoting traditional values, suggesting steps both to increase women’s social standing and to protect motherhood and the family. A woman, thus, should combine a career and household chores. In other words, Belarusian gender policies not only reserve reproductive and home-keeping responsibilities for women, but they also impose career-building responsibilities on them.  Men are recommended to “help” women to run the household; to “help”, but not to share the burden equally; their choices and desires are not discussed.

Woman, spirituality and religion.

Another peculiar feature of these two conferences was disproportional attention paid to the issues of morals, morality and religion. Thus, for example, Nadezhda Iermakova, the Head of the Belarusian Union of Women, made a confusing remark on behalf of all Belarusian women: «We, the women of Belarus, are not yet ready to ground our laws in the moral and spiritual principals. It is also fair for men. We have something to learn from Iran in this respect. We, the women of Belarus and MPs, will consider Iranian experience for our law-making practices.».

What is the experience that Iermakova is talking about? Should the national laws be rooted in Koran or other religious dogmas? Does the President of the National Bank want to go back to the times of close relationships between the Church and the State? Will we go from the secular to the religious state?

Such statement of a power authority testify to her lack of understanding of what gender equality means, which, unfortunately, are typical to many state officials. 

Below is an excerpt from the presentation of Antonina Morozova, doctor of sciences, head of the Permanent Committee of the Council of the Republic on Education, Science and Social Development:

«21 century is a century of spiritual rebirth, and spirituality is something that is immanent to women. Philosophers say that teaching a man you are teaching an individual,and teaching a woman you are teaching the family and teaching the nation”.

We would like to remind that stereotypes about “essentially male” and “essentially female”  traits are an important obstacles to female career-building. Many women are also reproducing these stereotypes.

When it comes to learning from Muslim experience, we would like to point out the following. The presenters were talking about the high status enjoyed by Muslim women in their roles of mothers and wives, and this was mainly a conversation about the “privileges” of married women. But what should we do with those, who do not belong into this category? How can we protect the rights of single women, lesbian women, women, who are not willing to have children? These topics were not covered by the conferences. It is plausible to suggest that that Belarusian state “experts” will not consider them either.

Appeals and references to Koran contradict the fact that Belarus is a secular state, where the Church is separated from the State.

The attitudes and the norms communicated by the Iranian speakers are incommensurable with the values at the base of contemporary European democracies.

To conclude, we would like to point out, that such conferences powerfully reflect contradictions of the state policies. On the one hand, the state adopts a national plan on gender equality. On the other hand, we have scholarly conferences, where the speakers point out to the necessity to root our laws in Muslim values. Substitution of notions and domination of aformal approach are the source of such situation. National plan on gender equality does not reflect the real attitudes and practices of the State, which is leaning towards traditional values, including religious ones.  

Notes

[1] Natsionalnyi plan deistvii po obespecheniu gendernogo ravenstva v Respublike Belarus na 2011-2015 gody / Postanovlenie Soveta Ministrov Respubliki Belarus ot 16.08.2011 № 1101.

Translated by Olga Zubkovskaya

Татьяна Щурко, Ольга Бурко (Tatiana Stchurko, Olga Burko)