У всех у нас есть запас беспокойства

Хаб Imaguru открыл очередную Women IT Week (WITW) в партнёрстве с Агентством США по международному развитию USAID Belarus и EPAM Belarus. На одной из недельных встреч в рамках WITW выступила Яна Павленкова руководит фондом поддержки стартапов Prototron (Estonia), преподает в Институте химии и биотехнологий. Имеет опыт стратегического управления в различных секторах, включая администрирование фонда предпринимательства и руководство предприятием в сфере туризма. С 2013 года Яна занимала пост советницы отдела развития и планирования Ида-Вируской уездной управы. Была одной из менторок общереспубликанского конкурса предпринимательства для школьников ENTRUM под эгидой Eesti Energia. Создает детские передачи о технологиях TECHnolik. 

С Яной побеседовала Ирина Соломатина.

Ирина: Когда вы консультируете стартапы, используете ли вы гендерную оптику?

Яна: Я думаю, что такая оптика появляется при общении. Любой начальник об этом знает, особенно если нужно найти подход к сотрудникам: мужчинам и женщинам. И тут штука не в том, что мужчины и женщины разные, а в том, что нельзя считать, что женщины в чем-то хуже и не достойны определенных высоких позиций только потому, что они женщины. И при общении мы должны понимать, что если мы говорим с кем-то, например с женщиной, то нужно принимать ее позицию, ее жизненный опыт, ее бэкграунд и так далее.

Думаю, нужно учитывать психологию и то, что поведение мужчин и женщин может быть разным в разных ситуациях. Но нельзя мыслить стереотипно. Например считать, что, если в команду пришла женщина, то она своим более эмоциональным состоянием будем мешать работе. Нет, не будет. Благодаря многообразию взглядов и опыту, привносимым новыми сотрудниками, например женщинами, в группе принимаются лучшие решения.

В целом в наших обществах, на границе Востока и Запада, мы вроде понимаем, что гендерное равноправие должно быть. Но, боюсь, у нас еще не выработаны правильные выражения, слова и риторика, чтобы об этой теме говорить. И это большая проблема. Поэтому я могу понять, когда говорят, что в бизнесе нет пола. Те, кто так говорит, скорее всего, имеют в виду, что с точки зрения зарабатывания денег неважно, кто и какой бизнес делает: на рынке всем найдется место. И такие высказывания допускаются именно потому, что все еще не выработан способ говорения на эти темы. Для меня и слово «бизнесвумен» звучит как-то странно...

Я сама работала в государственном секторе и ушла оттуда, так как мне не давали подняться выше. И проблема даже не в том, что ты сама можешь делать, а в том, где и как принимаются решения. И если у тебя есть амбиции быть участницей в принятии решений, а тебя к этому не допускают, то хочется что-то с этим сделать. Некоторые с этим соглашаются и со временем начинают выполнять роль серого кардинала или вечного ассистента. Некоторые гордятся тем, что они умеют общаться с разными мужчинами, как-то воспевать начальника, чтобы он был счастлив и доволен, тогда и этой сотруднице работается легче и веселее — и это называют женской мудростью. Но для меня это все неприемлемо.

И да, я общаюсь с женщинами, которые работают на высоких позициях в крупных структурах, как, например, выступающая в один день со мной новый директор EPAM Belarus Ольга Шелушкова. И я понимаю, что над ними явно много всего и некоторые вещи они в целом игнорируют.

Ирина: О да, Ольга Шелушкова многих впечатлила своим высказыванием о том, что «зарплаты в рамках одной должности одинаковые что у парней, что у девушек. Засилья бородатых программистов как минимум в офисе EPAM нет — это очередной стереотип (касательно бород тоже), в компании хватает и дам». 

— Ей в целом, видимо, не нужно знать, в ее обязанности, компетенции не входит то, о чем говорят последние исследования. Доля женщин в каждой из специальностей такова: больше всего она в QA (38,1%) и BA (37,8%). Среди разработчиков лишь каждая десятая женщина.  В оплате тоже наблюдается разница. Единственная специальность в белорусском IT-секторе, где вознаграждение женщин не уступает мужскому, — бизнес-анализ. 

Яна: Да, в Эстонии разрыв в оплате труда мужчин и женщин 25%. И вот почему я сама занимаюсь темой женщин в стартапах, в бизнесе и общественной жизни. Да потому, что я полностью согласна с тем, что стартовые позиции у мужчин и женщин совершенно разные. И мы не сможем изменить ситуацию быстро — нам нужно поступательно и основательно работать со всем обществом. И в первую очередь — с девочками и их мамами и бабушками.

Именно поэтому сейчас я сместила фокус со взрослой и студенческой аудитории на девочек. Я не вижу возможности изменить девушку, которой уже 18 лет. Она начинает влюбляться, все становится сложно. Девочке очень сложно принять решение в 11-м или 12-м классе пойти учиться в IT-сферы, если она всю жизнь была окружена женщинами, которые этим не занимались. Не секрет, что мы всегда движемся за своими кумирами и ролевыми моделями. И если вокруг нет женщин, которые ведут бизнес, то девочки и не будет знать, как это — круто или не круто.

Ирина: Да, наш локальный пример, но из творческой сферы. Я вела курс и в процессе общения с молодыми женщинами, живущими в Минске — все они имели отличное образование — была поражена тем, что ни одна из них не смогла назвать имя беларусской современной художницы. Хотя они знали о Фриде Кало и Синди Шерман. И мы с ними много говорили о том, что мировая история изобразительного искусства почти не оставила нам имена художниц. С одной стороны потому, что социальные нормы не давали женщине никакого шанса на самореализацию в сфере искусства, с другой потому, что историю искусства писали мужчины. Но в Беларуси и сегодня художницы остаются невидимыми в публичном пространстве.

Беларусские художницы не объединены в какие-либо ассоциации и союзы, поэтому у них нет возможности создать выставочное пространство для своего искусства, которое бы способствовало развитию гендерно-чувствительной художественной критики и дало бы возможность воздействовать на общественное мнение, весьма консервативное по отношению к женским практикам в искусстве. И мы решили сами сделать экскурсию «Открытые арт-пространства — женские мастерские» и даже карту-гид разработали. Цель экскурсий была в том, чтобы приоткрыть для желающих и сделать видимыми творческие пространства Минска, в которых работают художницы.

Яна: Это отличная инициатива! В Эстонии мы, конечно продвинулись чуть дальше, и сейчас у нас все попроще. Союз дизайнеров у нас возглавляет женщина, один из основных инкубаторов творческой индустрии тоже возглавляет женщина. У нас есть инициатива под названием «Дизайнерская ночь». Все, что происходит в ноябре, у нас называют ночами, так как в три часа дня уже становится темно — и тогда открываются двери многих мастерских для всех. Мне даже кажется, что женщин-дизайнеров и художниц у нас намного больше, чем мужчин, и мы их видим и знаем. Но именно в этой области. Есть и другие области, где еще многое нужно пройти, например, в области технического образования.

Исследования показывают, что техническое образование очень широко распространяется в мусульманских странах. Если там женщина решила, что она хочет стать независимой, то есть высокая вероятность, что она пойдет учиться на математику или на информатику и останется в этой профессии. Это такой протест консервативному складу, и там с этим намного проще, чем у нас. Я сама из региона, где много шахт и производства, и быть химиком или инженером технических процессов там — это женская профессия. Мужчин в этой сфере нет, и это там считается нормальным.

Но есть в целом проблема как в Эстонии, так и в других постсоветских странах: женщин мало среди управленцев, на высоких позициях. И даже если мы возьмем академическую среду, то вся профессура у нас — одни мужчины. Однако в 2016 году в Эстонии впервые была избрана президентом женщина — Керсти Кальюлайд. Мы ждали и надеялись что ректором Тартуского университета станет женщина, но не случилось. У нас очень видные стартап-фаундеры — женщины, и есть специальные программы для девочек.

Ирина: А есть ли сети взаимопомощи между женщинами в Эстонии, по принципу women for women?

Яна: У нас была программа для девочек Super Hero Girls, там выступали женщины-фаундеры. И в целом есть звезды, но нам нужно подтягивать средний уровень, особенно регионы. Их обязательно нужно включать и вовлекать в подобные процессы и не терять такой возможности. Есть европейский проект для женщин-стартаперов, это конкурс по странам-участникам, победительницы которого едут на общеевропейский конкурс и рассказывают о своих идеях. И я как раз вхожу в жюри такого конкурса. Более того, я сама хочу запустить региональную программу для девочек, чтобы они знакомились с известными в IT-сфере женщинами, и хочу реализовывать эту программу в школах, так как вижу, что это необходимо.

Знаете, у всех у нас есть то-то такое, запас беспокойства и у меня тоже. Я о том, каким образом себя заставить или мотивировать к чему-то. Мы выросли совсем в другой ситуации и часто не можем договориться сами с собой, особенно когда есть ребенок, муж, работа и учеба. Самое важное в этой борьбе — понимать, как на самом деле обстоит ситуация, о которой говорят окружающие. Ведь мужчины говорят, мол, нет никаких запретов у вас! И вроде их действительно нет, но так много всего исторического, что мешает нам идти вперед.

И тут нам нужно самим вырабатывать правильные слова и свою собственную позицию. Быть и на работе, и с ребенком — и не обращать внимания, что кому-то это не нравится. То есть самим проще относиться к этому. Если я решила, то вот я и буду так поступать. Это мой свободный выбор, и я сама приняла такое решение.

Даже у наших женских стартап-команд есть этот тормоз в голове, и он срабатывает. Начинаешь думать: а как все это выглядит? Я когда летела сюда после большой нагрузки,  посмотрела на себя в зеркало — и думаю: ну все, так же нельзя... Но как раз в этот момент я читала книгу о том, как готовилась к предвыборной компании Хилари Клинтон. И мне очень понравилась ее позиция.

Когда ей намекали, что ей нужен ботокс и все остальное, она ответила: посмотрите, у меня есть мимические морщины, и это значит, что у меня жизнь удалась и я очень счастлива. А то, что у меня есть морщины между глаз, на переносице, лишь доказывает, что я стойко преодолеваю трудности в жизни и преодолею их снова, если понадобится. И я подумала: действительно, мы взрослеем и становимся мудрее, и, если где-то появляются морщины в уголках глаз, то пусть все завидуют! А те, что себя выгладили, должны понимать, что теперь ничто не говорит о их жизненном опыте.

Обязательно приглашайте меня в Минск на вашу экскурсию «Открытые арт-пространства — женские мастерские»: я с удовольствием приеду и познакомлюсь  с вашими художницами. И обязательно зовите на такие экскурсии девочек.

Гендерный маршрут