Девчонки против призыва

Объединение «Свои-2000», известное по кинокартине «Пыль», акции helping-hand.ru и занятое сейчас постпродакшеном нового большого фильма «Шапито-шоу», выступило в сети с новым проектом — серией игровых роликов «Девчонки против призыва». Два монолога молодых людей, один из которых сумел, а второй не смог избежать армии, можно прочитать здесь.

 — С чего начался проект, «Девчонки против призыва»?

— Начался с того, что однажды был придуман такой проект. Было это так давно, что и вспоминать трудно. Сначала он был придуман как активистский. Потом идея менялась, переосмыслялась, но времени ее осуществить не было, а вот в этом году нашлось, и мы сделали сайт.


А откуда пришла идея?

— А идея, как говорится, витала в воздухе. В этой стране с самого раннего детства девочка слышит разговоры об армии. Например, мама радуется, что у нее дочь и ей не надо будет проблему с армией решать: замуж надо отдавать, а в армию не надо. У братика зрение минус пять, два сотрясения мозга, сколиоз, плоскостопие — слава богу, в армию не заберут! И вот так вот с раннего детства у девочек формируется такое тревожное отношение к армии. Потом девочка начинает задумываться: мальчик мне нравится, а его заберут. Или надо скрываться? Знаете, такое тревожное ощущение, когда сидишь с человеком, общаешься, а он нервничает: где ему жить, ведь он не может жить по прописке; куда ему ходить; что обходить; подходить ли к телефону; подходить ли к двери. Или вот он учится, а может, не хотел бы учиться, готов был бы бросить, искать себя, но все зависит от того, поступит он или не поступит в другое место. И вот так до 30 лет, то есть взрослый человек проводит в таком состоянии существенную часть жизни. Страшно! Сначала у нас, девочек, тревога связана с нашими парнями, женихами, мужьями, потом с собственными детьми. Страшная армия постоянно витает где-то рядом.

То есть, по-вашему, призыв — это плохо? А как же долг перед родиной?

— Какой долг? Ведь на самом деле никто никому ничего не должен! Живет себе человек, никого не убивает, ничего плохого не делает, учится, занимается самбо, посуду моет, налоги платит, с собакой гуляет. И вдруг его ловят, бьют, сажают в машину, увозят, не дают позвонить, и вот он уже в каком-то эшелоне куда-то едет и поет грустную песню. Почему? И ведь забирают порой с серьезными медицинскими отклонениями, заболеваниями — зачем? Это же бессмыслица! Но нет. В этом абсурдном времяпрепровождении пользы и проку мало, но в нем есть важный дисциплинарный момент, который указывает на головной принцип взаимоотношений с тоталитарным государством: подчиняйся не спрашивая. Это дисциплинарный прием, который демонстрирует, что с тобой могут поступить как угодно, и это нормально.
Мы считаем, что армия — это некий рудимент тоталитаризма, он пережил свою эпоху. Вот мы можем курить, мы можем ругаться матом, трахаться с двенадцати лет, разумеется предохраняясь, но почему мы в армию-то должны уходить?!

 


— Почему против призыва у вас протестуют девушки, а не те, кого забирают?

— Потому что есть эмоции, есть чувства, есть любовь, а есть закон. И противоречие рождает драму. Девочка — это очень чистый герой. Когда мальчик не хочет идти в армию, в этом есть какой-то элемент немужественности и слабости. Если мать пытается своего сына спасти, то это, с одной стороны, намек на его немужественность, а с другой стороны, мать свои семейные интересы противопоставляет интересам государства — в этом тоже есть что-то предосудительное. А когда чистая, невинная, девическая душа рыдает — так уже не скажешь. Это другое совсем: они одного возраста с мальчиками, росли вместе, ходили в одну школу, а тут вдруг мальчиков забирают, а они остаются. И вот этот момент интересный, их недоумение: почему мы можем продолжать делать, что хотим, а они не могут? Эти волнение, тревога — то, на что мы решили опереться.

— Кто должен увидеть ваши ролики? Они — призыв к действию?

— Увидеть их может кто угодно, всякие киберстранники, «двачеры», девочки, живущие в сети, художники, активисты. Ролики мыслились не столько как призыв к действию, сколько как медиавирус. Мы хотели поговорить о порабощении. Ведь армия — одна из ступенек в порабощении населения. И этот произвол, нацеленный якобы на мужчин, на самом деле нацелен на все общество. Мужчины — это более активная часть населения, особенно в юном возрасте, когда они могут что угодно вытворять, могут даже государство свергнуть, вот их надо в этот момент в армию отправить и там высечь. Да, можно было высечь женщин и стариков (у детей есть школа), это бы тоже всех устрашило, но мужчин сечь выгоднее, они опаснее, злее. А так их приструнили, и все.


— За что вы выступаете? Какой должна быть армия?

— Трудно сказать. Очевидно, что нужно вести работу по снижению вреда от армии. Если бы армия, помимо дисциплинарной, имела какие-то полезные функции, было бы проще.
Например, если бы все просто приходили и сдавали кровь, было бы очень даже выгодно.
Можно было бы принудить всех молодых бездельников ухаживать за престарелыми, тяжело больными и инвалидами. Если это действительно кому-нибудь нужно (долг перед государством), было бы неплохо закрыть всю эту лавочку, со всей ее инфраструктурой, и создать другую организацию, с нуля, и назвать по-другому, и чтобы там работали другие люди…

— Ваш проект сможет повлиять на жизнь?

— Разумеется. Все может влиять на жизнь… Слышали про эффект бабочки?

 

Записала Анна Готта

© 2008—2011 OpenSpace.ru

OpenSpace.ru