Что мы празднуем «8 марта»?

В 1910 году по инициативе Клары Цеткин на Международной женской конференции социалистов в Копенгагене был учрежден Международный женский день. Считалось, что в этот день женщины будут устраивать митинги и шествия, привлекая общественность к своим проблемам. В 1977 году ООН провозгласила 8 марта Международным днем борьбы за права женщин. Ежегодно в этот день во многих странах действительно проходят марши, митинги, пикеты и другие мероприятия, посвященные проблемам дискриминации женщин в обществе.

Однако в Беларуси, как и во многих других странах бывшего СССР, день 8 Марта потерял свой политический смысл и стал «женским днем», когда женщинам дарят цветы и желают им оставаться женственными и прекрасными.

При этом в странах-соседях – например, Украине, Польше и России – всё чаще обращаются к первоначальному политическому смыслу этого праздника, публично озвучивая и актуализируя существующие в локальном контексте проблемы.

Почему это важно? Потому что, несмотря на вступление в новое тысячелетие, дискриминация в отношении женщин – это не миф, а всё еще реальность. И это касается в том числе нашей страны.

Хочется, чтобы в этот день граждане и гражданки Республики Беларусь помимо «празднования» задумались и над теми социальными проблемами, с которыми сталкиваются женщины в нашем обществе. Если бы 8 Марта у нас была возможность выйти на улицы, какие лозунги мы бы несли в руках и о каких проблемах говорили?

«Женщин во власть!»

В международной классификации «Женщины в национальных парламентах» (Women in National Parliaments) по данным на 30 ноября 2011 года Беларусь занимает 23-е место. В  составе Национального собрания Беларуси 32,1% женщин [1]. Кто же эти женщины и оказывают ли они значимое влияние на политику в стране?

Положение женщин в беларусской политике таково: в нынешнем составе правительства из 24 министров лишь одна женщина – министр труда и социальной защиты. Количество женских общественных организаций из всех общественных организаций составляет не более 1,5% [2]. В стране всё еще существует вертикальная сегрегация на рынке труда. Это значит, что женщины чаще работают специалистами и служащими, но чем выше мы подымаемся по карьерной лестнице, тем меньше женщин встречаем.

При этом следует отметить, что у женщин выше уровень образования. Среди работающих женщин 54,6% имеют высшее и среднее специальное образование. В то время как аналогичный показатель среди мужчин – 37,1%. Женщин больше всего среди учащихся высших учебных (59%) и средних специальных (53%) заведений. В то время как в профессионально-технических учреждениях обучается 68% мужчин.

Возьмем для примера сферу государственного управления. Как видно на рис.1, женщины составляют преимущественное большинство среди обычных служащих, в то время как в руководящем звене их значительно меньше.

Рис.1. Распределение по должностям государственных служащих республиканских органов государственного управления (на 1 ноября 2010) [3]

Абсолютно аналогичная ситуация в сфере высшего образования и науки (см. рис. 2). Данные по этой сфере особенно интересны, так как женщин в общем профессорско-преподавательском составе больше (55,2%), но при этом в основном они сконцентрированы на должностях преподавателей.

Рис.2. Распределение профессорско-преподавательского состава по полу (на конец 2009 года) [4]

Соответственно, постоянные заявления власти о 30% женщин в парламенте как достижении выглядят насмешкой, если учесть положение женщин во всех сферах общественно-политической жизни. Оно никак не способно решить проблему недостаточности женского представительства, если женщины практически отсутствуют на руководящих постах и не имеют доступа к власти.

Формализм в доведении количества женщин в Национальном собрании до 30% подтверждается и доминирующими стереотипными представлениями о роли женщины. Так, например, на пресс-конференции для российских СМИ (7 октября 2011 года) президент страны выразил такое мнение о женщине в политике: «Президентское кресло я бы не уступил женщине только по той причине, что это не женское дело». Кроме того, согласно данным Глобального медиа-мониторинга в 2010 году (Global media monitoring), государственные СМИ репрезентируют женщин-депутатов прежде всего как «настоящих» традиционных женщин.

Соответственно, доступ женщин «во власть» в стране достаточно ограничен, несмотря на высокий уровень их квалификации. А присутствие 30% женщин в правительстве вызвано скорее теми обязательствами, которые имеет государство по отношению к международному сообществу, ратифицировав большое количество международных документов, в том числе и Конвенцию о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин. Однако по сути в Беларуси не меняется отношение к роли женщины, ее участию в политической жизни страны и сферах управления.

«Женщина — работница, а не лошадь. Равную оплату за равный труд!»

В нашей стране распространяется идея о необходимости способствовать профессиональной реализации женщин, об их активном включении в трудовые отношения и продвижении на руководящие должности на всех уровнях. Однако в современной Беларуси наблюдается горизонтальная сегрегация на рынке труда, т.е. женщины доминируют в непроизводственных отраслях, в которых оплата труда значительно ниже. Другими словами, женщины могут и даже должны работать, но больше всего они задействованы в тех областях, которые связаны с меньшим символическим и материальным капиталом. Кроме того, среди безработных – 52,6% женщин [5].

По данным за 2010 год женщины доминировали в таких отраслях, как образование, здравоохранение и бытовое обслуживание.

В этих сферах среднемесячная зарплата составляет по отношению к среднереспубликанскому уровню соответственно 73,2%, 83,1% и 56,7%. И наоборот, во многих сферах, в которых доминируют мужчины, зарплаты намного выше. В качестве примера можно назвать промышленность (108,2% от средней зарплаты по стране), строительство (130,9%) и транспорт (108,6%) [6].

Такое положение женщины соответственно сказывается и на размере зарплат. Так, по данным Министерства статистики в декабре 2009 года женская зарплата составляла 74,6% по отношению к мужской [7].

Вернемся к вопросу образованности женщин. Больше всего женщин обучается на социогуманитарных специальностях (в сфере гуманитарных наук – 81% женщин, педагогика и здравоохранение – 79%, экономика, право – 75%). При этом намного меньше студенток учится на таких специальностях, как техника/технология (28%), архитектура и строительство (33%), сельское и лесное хозяйство, садово-парковое строительство (32,8%) и служба безопасности (12,6%) [8].

С одной стороны, это связано с тем, что лицам женского пола сложнее поступить на сугубо «мужские» специальности. На некоторые специальности предусматриваются разные требования для поступления мужчин и женщин. Кроме того, нельзя исключать фактор, когда сами педагоги тех или иных специальностей более лояльно настроены в отношении поступающих мужчин, нежели женщин. Хотя, конечно, введение централизованного тестирования во многом решило эту проблему.

С другой стороны, девушки в школе, семье и других общественных институциях социализируются таким образом, что их сразу направляют в социогуманитарные специальности. Так, в системе образования активно внедряется поло-ролевой подход, набирает обороты раздельное обучение. Соответственно, для девушки это становится выбором без выбора. Она изначально даже не мыслит себя как инженера, механика, конструктора. При этом, как было указано выше, существует значимое экономическое различие в зарплатах в непроизводственном секторе и производственном. Соответственно, женщина не только ограничивается лишь одним вариантом профессионального самоопределения, но ее выбор еще и связан с существенными экономическими потерями. Можно также спросить, справедливо ли, что «женские профессии» – работа учителя, воспитателя, продавца – плохо оплачиваются, от чего страдает всё общество?

«Властям нужна рождаемость. Матерям – социальные и материальные гарантии»

Положение женщин в трудовой сфере и политике не может не оказывать влияние на жизненные стратегии женщин. Особенно в случае материнства. Государство продолжает постоянно подчеркивать, что именно материнство является главным предназначением женщины. Тем самым нивелируется значение женщины в других сферах общественной жизни.

Одновременно государство не в состоянии предложить женщине достаточных социальных и материальных гарантий при рождении детей. И в таком случае именно семья и муж становятся важным экономическим ресурсом выживания.

Если учесть, что пособие по уходу за ребенком на сегодняшний день составляет лишь 400 тыс. руб., то после рождения ребенка социальный статус и материальное положение женщины резко ухудшается.

Конечно, государство предоставило возможность брать декретный отпуск и мужчине. Но на уровне повседневных практик всё еще более социально одобряемым выглядит модель, когда женщина находится в декретном отпуске, а мужчина обеспечивает семью. Логично задаться вопросом: имеет ли женщина в нашей стране такие же возможности для построения своего будущего, как и мужчина? Не ставит ли государство женщину перед выбором – материнство и экономическая зависимость или карьера и материальная обеспеченность?

Для женщины в современном беларусском обществе материнство становится проблемой, требующей тщательного планирования. Часто при выборе работы женщины, ориентируются на те варианты, которые позволят лучше совместить материнство и трудовую деятельность. И это, конечно, государственный сектор.

«Не потерпим домашнее насилие!»

В нашей стране насилие в отношении женщин всё еще остается распространенной практикой. В замечаниях Комитета по ликвидации дискриминации в отношении женщин по результатам изучения ситуации в Беларуси указывается на такие проблемы, как редкая регистрация случаев причинения насилия; многочисленность женщин, погибших в результате бытового насилия; не возбуждение преследования по фактам проявлений насилия внутри семьи; нехватка приютов для жертв бытового насилия. В замечаниях подчеркивается, что преследование за изнасилование осуществляется в частном порядке, а не автоматически. В уголовном законодательстве отсутствуют специальные положения о бытовом насилии и изнасиловании в браке.

Исследования показывают, что психологическому насилию в Беларуси подвергается 4 из 5 женщин, физическому насилию подвергается каждая четвертая, экономическому – 22,4%, сексуальному – 13,1%. Каждая десятая женщина или 8% указали, что муж применяет к ним физическое и сексуальное насилие, и, что еще более страшно, 9,5% женщин подвергались насилию со стороны мужа во время беременности. Чтобы избежать дальнейшего насилия, 40% женщин пришлось уйти из дома. По данным Министерства внутренних дел, за 2010 год в сфере семейно-бытовых отношений жертвами преступлений стали 1952 женщины или 73,9% от общего количества потерпевших в быту.

Эти более чем убедительные цифры и факты свидетельствуют об униженном положении женщины в Беларуси, которая в своей повседневной жизни должна опасаться возможности физической расправы или живет в условиях морального и социального давления. Трансляция традиционных представлений о роли женщин и мужчин во многом препятствует искоренению проблемы домашнего насилия в отношении женщин. И в этом смысле звучащие отовсюду поздравления с 8 Марта для женщин как представительниц «слабого пола», зависимого от мужчины, только подчеркивают их уязвимость и потенциальную возможность быть объектом насильственных действий… Но всё может быть и по-другому, если вернуть 8 Марта исконный смысл символа женского самоопределения и борьбы женщин за свои права.

Митинг в Киеве, 8 марта, 2012

 Примечания:

[1] Статистический ежегодник Республики Беларусь, 2011. Мн.: Национальный статистический комитет Республики Беларусь, 2011. С.25.
[2] Там же, С.25.
[3] Женщины и мужчины Республики Беларусь. Статистический сборник. Мн.: Национальный статистический комитет Республики Беларусь, 2010. С.159.
[4] Там же, С.132.
[5] Статистический ежегодник Республики Беларусь, 2011. Мн.: Национальный статистический комитет Республики Беларусь, 2011. С.129.
[6] Там же, С.153.
[7] Женщины и мужчины Республики Беларусь. Статистический сборник. Мн.: Национальный статистический комитет Республики Беларусь, 2010. С.164.
[8] Там же, С.125-126.  

Интернет-журнал "Новая Эўропа"

Татьяна Щурко, интернет-журнал "Новая Эўропа"